Наверх
Выполняется запрос
 |
Официальный сайт |
Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за IV квартал 2007 года — Верховный Суд Российской Федерации
ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ЗА IV КВАРТАЛ 2007 ГОДА
ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
Вопросы квалификации преступлений
1. Квалификация действий осужденного по п. "а" ч. 3 ст. 111
УК РФ признана излишней, поскольку причинение тяжкого вреда
здоровью потерпевшего, в том числе сопряженного с мучениями, при
разбойном нападении полностью охватывается составом преступления,
предусмотренного п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. от 13 июня
1996 г.).
С. осужден за разбой с применением насилия, опасного для
жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору и за
причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Его действия
квалифицированы судом по п. "в" ч. 3 ст. 162 и п. "а" ч. 3 ст. 111
УК РФ.
Президиум Верховного Суда РФ изменил приговор, указав
следующее.
Квалифицируя действия осужденного по п. "а" ч. 3 ст. 111 УК
РФ, суд сослался на то, что С. совместно с Т. наносил потерпевшему
удары руками и ногами по различным частям тела, причинив ему
тяжкий вред здоровью. Кроме того, желая причинить потерпевшему
боль и мучения, С. осколком стеклянной бутылки нанес ему
множественные небольшие повреждения.
Между тем судом установлено и отражено в приговоре, что все
телесные повреждения, включая разрыв печени, повлекший тяжкий вред
здоровью потерпевшего, а также резаные раны левой глазничной
области, рассматривающиеся как легкий вред здоровью, С. совместно
с Т. причинил в процессе разбойного нападения.
Поскольку применение насилия, повлекшего причинение тяжкого
вреда здоровью, в том числе сопряженного с мучениями для
потерпевшего, при нападении в целях хищения чужого имущества
полностью охватывается составом преступления, предусмотренным
п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ, квалификация действий С. по п. "а" ч. 3
ст. 111 УК РФ является излишней.
Указания об осуждении по этому уголовному закону, а также о
назначении наказания по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ исключены из
судебных решений.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 444-П07
2. Квалификация действий осужденных по ч. 1 ст. 116 УК РФ
признана излишней, поскольку их действия, направленные на избиение
потерпевшего, полностью охватываются составом преступления,
предусмотренным п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Установлено, что А. и Л. во время ссоры с потерпевшим С.
нанесли ему побои.
В течение трех часов они избивали С, а затем сбросили его в
пруд. Потерпевшему удалось выбраться из воды, однако виновные
продолжили его избиение, вновь столкнули его в воду, где в
результате механической асфиксии наступила его смерть.
Действия виновных квалифицированы судом по ч. 1 ст. 116 УК РФ
и п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Президиум Верховного Суда РФ исключил из приговора суда и
кассационного определения указание на осуждение виновных по ч. 1
ст. 116 УК РФ как излишне вмененное, мотивировав решение
следующим.
А. и Л. в процессе длительного совместного употребления с
потерпевшим спиртных напитков поссорились с ним и стали наносить
ему удары кулаками и ногами по различным частям тела. В дальнейшем
их действия, фактически непрерывные и начатые как побои, переросли
в более тяжкое преступление - убийство потерпевшего.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 440-П07ПР
3. Действия осужденного при совершении разбойного нападения
на потерпевших ошибочно квалифицированы судом по совокупности
преступлений, предусмотренных чч. 2 и 3 ст. 162 УК РФ.
Из материалов дела видно, что X. с целью завладения спиртным
стал вырывать у потерпевшего пакет с бутылкой водки. В ответ на
оказанное потерпевшим сопротивление X. нанес ему два удара ножом в
шею и живот, причинив тяжкий вред здоровью.
Стоявшая рядом потерпевшая Н. попыталась удержать пакет. В
ответ на это осужденный нанес ей удар ножом в грудь, причинив
проникающее ранение левой половины груди с повреждением сердца.
Завладев пакетом, X. с места преступления скрылся.
Действия X. (с учетом внесенных изменений) квалифицированы
судом по ч. 3 ст. 30, п. "з" ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 162 УК РФ (в
ред. от 21 июля 2004 г.) и п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в ред. от
13 июня 1996 г.).
Президиум Верховного Суда РФ исключил из судебных решений
указание на осуждение X. по ч. 2 ст. 162 УК РФ по следующим
основаниям.
Действия осужденного в части разбойного нападения, как
установил суд, были объединены единым умыслом и составляли единое
преступление.
По смыслу закона действия виновного при отсутствии реальной
совокупности преступлений подлежат квалификации лишь по той части
статьи закона, по которой предусмотрено более строгое наказание.
Поэтому действия X. в этой части подлежат квалификации только
по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ по признакам "с применением оружия" и
"с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего".
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 499-П07
4. Высказывание потерпевшему угроз убийством в процессе
завладения автомобилем охватывается составом ч. 4 ст. 166 УК РФ и
дополнительной квалификации по ст. 119 УК РФ как угроза убийством
не требует. Действия виновного переквалифицированы с п. "а" ч. 2
ст. 126 УК РФ на п. "а" ч. 2 ст. 127 УК РФ.
Как указано в приговоре, П., имея намерение совершить
разбойные нападения на торговые предприятия с целью завладения
имуществом, предложил участвовать в этих преступлениях своим
знакомым.
Они завладели без цели хищения автомобилем потерпевшей А.,
который хотели использовать как транспортное средство во время
разбойных нападений. При этом П. направил на потерпевшую пистолет
и угрожал ей убийством и применением насилия, опасного для жизни и
здоровья. Осужденные вывели потерпевшую из машины, связали руки,
закрыли рот кляпом и залепили скотчем, положили в багажник
автомашины и закрыли его на ключ.
А., находясь в багажнике автомобиля и пытаясь привлечь к себе
внимание окружающих, стала стучать по крышке багажника. П.
продолжал угрожать ей убийством, требовал не кричать и не
привлекать к себе внимание.
Неправомерно завладев автомашиной А., осужденные выехали в
город, но были задержаны работниками милиции. При этом их умысел
на совершение разбойных нападений на торговые предприятия не был
доведен до конца по независящим от них обстоятельствам.
Действия П. квалифицированы судом (с учетом внесенных
изменений) по ч. 1 ст. 30 и ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. от
8 декабря 2003 г.), п. "а" ч. 2 ст. 126, ч. 4 ст. 166 и ст. 119 УК
РФ.
Президиум Верховного Суда РФ изменил судебные решения в
отношении П., переквалифицировал его действия с п. "а" ч. 2
ст. 126 УК РФ на п. "а" ч. 2 ст. 127 УК РФ и исключил указание на
его осуждение ст. 119 УК РФ.
В постановлении Президиум мотивировал свое решение следующим.
Действия П. (с учетом внесенных изменений) квалифицированы по
п. "а" ч. 2 ст. 126 УК РФ как похищение человека группой лиц по
предварительному сговору.
По данному делу установлено, что П. и другие договорились
совершить разбойное нападение, для облегчения его совершения
завладели автомобилем потерпевшей А. без цели его хищения,
потерпевшую поместили в багажник, при следовании в автомобиле были
задержаны сотрудниками милиции.
Судом не признано, что осужденные, поместив потерпевшую в
багажник, намеревались куда-либо перевезти ее и удерживать там.
Из показаний осужденных на предварительном следствии,
признанных судом достоверными, следует, что они после совершения
разбойного нападения намеревались автомобиль и потерпевшую
оставить около вокзала и уехать.
При таких обстоятельствах действия П. следует расценивать не
как похищение человека, а как незаконное лишение свободы, и
квалифицировать по п. "а" ч. 2 ст. 127 УК РФ.
Кроме того, Президиум исключил из судебных решений указание
об осуждении П. пост. 119 УК РФ.
Как установлено судом, П. и другие осужденные, угрожая
потерпевшей убийством и применением насилия, опасного для жизни и
здоровья, завладели автомобилем и поместили потерпевшую в
багажник, после чего П. вновь стал высказывать А. угрозы
убийством.
Действия осужденного, связанные с угоном автомобиля,
квалифицированы по ч. 4 ст. 166 УК РФ как неправомерное завладение
автомобилем без цели хищения, совершенное группой лиц по
предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного
для жизни и здоровья.
В данном случае правовая оценка содеянного по ст. 119 УК РФ
является излишней, так как высказывание угроз убийством в процессе
завладения автомобилем охватывается составом ч. 4 ст. 166 УК РФ.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 304-П07
5. В случае, когда лицо, имея умысел на сбыт наркотических
средств в крупном или особо крупном размере, совершило такие
действия в несколько приемов, реализовав лишь часть имеющихся у
него указанных средств, не образующую крупный или особо крупный
размер, все содеянное им подлежит квалификации по ч. 3 ст. 30 УК
РФ и соответствующей части статьи Уголовного кодекса Российской
Федерации, предусматривающей ответственность за незаконный оборот
наркотических средств, в крупном или особо крупном размере.
В., вступив в предварительный сговор с не установленным
следствием лицом на незаконный сбыт наркотического средства -
героина, с этой целью хранила у себя дома данное наркотическое
средство массой 9,824 г и 18 января 2001 г. сбыла З. 0,241 г (в
ходе проверочной закупки). Оставшаяся часть героина была изъята у
В. при обыске в тот же день сотрудниками милиции.
Указанные действия В. квалифицированы судом (с учетом
внесенных изменений) по ч. 4 ст. 228 УК РФ как незаконное хранение
в целях сбыта и незаконный сбыт наркотических средств в особо
крупном размере, по предварительному сговору группой лиц.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
переквалифицировала действия В. с ч. 4 ст. 228 УК РФ на ч. 3
ст. 30, ч. 4 ст. 228 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), мотивировав
решение следующим.
Поскольку судом признано наличие у В. умысла на сбыт всей
массы хранившихся у нее наркотических средств, из которых она
сбыла З. 0,241 г героина, не образующий особо крупный размер, то
ее действия надлежит квалифицировать как покушение на сбыт
наркотических средств в особо крупном размере, по предварительному
сговору группой лиц.
Определение N 48-Д07-38
6. Осуждение лица по ч. 1 ст. 226 УК РФ за хищение
огнестрельного оружия и боеприпасов признано обоснованным.
Установлено, что К. совершил хищение огнестрельного оружия -
охотничьего гладкоствольного ружья "Сайга-410" и одного патрона, и
его действия квалифицированы по ч. 1 ст. 226 УК РФ.
Судебная коллегия признала доводы надзорной жалобы
осужденного о декриминализации деяния, предусмотренного ч. 1
ст. 226 УК РФ, необоснованными.
Статьей 226 УК РФ установлена уголовная ответственность за
хищение либо вымогательство огнестрельного оружия, комплектующих
деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных
устройств.
Декриминализация действий, связанных с незаконным оборотом
гражданского гладкоствольного оружия и боеприпасов к нему,
предусмотренная ст. 222 УК РФ, не касается нормы ст. 226 УК РФ,
поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 3 УК РФ применение уголовного
закона по аналогии не допускается.
Определение N 18-Д07-116
7. Ответственность за незаконное лишение человека свободы,
совершенное должностным лицом, установлена ст. 286 УК РФ, и
дополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ не требуется.
Действия заместителя начальника отдела внутренних дел в части
незаконного удержания сотрудников милиции и граждан в дежурной
части отделения милиции под угрозой применения оружия
квалифицированы судом первой инстанции по пп. "а", "б" ч. 3
ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно
выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное
нарушение прав и законных интересов граждан и организаций, с
применением оружия и с угрозой применения насилия, а также по
пп. "г", "ж" ч. 2 ст. 127 УК РФ, предусматривающей ответственность
за незаконное лишение свободы, совершенное в отношении двух и
более лиц, с применением оружия.
Президиум Верховного Суда РФ исключил указание на осуждение
Б. по пп. "г", "ж" ч. 2 ст. 127 УК РФ, поскольку ответственность
за незаконное лишение человека свободы, совершенное должностным
лицом, установлена ст. 286 УК РФ.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 309-П07
8. Назначая осужденному наказание по ч. 3 ст. 30, п. "в" ч. 2
ст. 131 УК РФ в виде шести лет лишения свободы, суд не учел
требования ст.ст. 62 и 66 УК РФ.
В данном случае срок наказания не может превышать пяти лет
семи месяцев лишения свободы.
Президиум Верховного Суда РФ смягчил назначенное Г. по ч. 3
ст. 30, п. "в" ч. 2 ст. 131 УК РФ наказание до пяти лет лишения
свободы.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 504-П07ПР
9. Сроки давности исчисляются с момента совершения
преступления и до вступления приговора в законную силу.
Л. совершил кражу имущества в середине января 2001 г.
По приговору суда от 16 мая 2006 г. он был осужден по п. "в"
ч. 2 ст. 158 УК РФ.
При рассмотрении дела в кассационном порядке 4 апреля
2007 г., исключив из приговора по эпизоду кражи имущества
квалифицирующий признак "с причинением значительного ущерба" и
переквалифицировав действия Л. с п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1
ст. 158 УК РФ, суд оставил без внимания требования п. "а" ч. 1 и
ч. 2 ст. 78 УК РФ.
От следствия и суда Л. не уклонялся, поэтому течение сроков
давности не приостанавливалось.
Следовательно, на момент принятия судом кассационной
инстанции (4 апреля 2007 г.) решения о переквалификации действий
осужденного истек срок давности привлечения к уголовной
ответственности за данное преступление, поэтому Л. подлежал
освобождению от наказания по ч. 1 ст. 158 УК РФ на основании п. 3
ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 405-П07ПР
Процессуальные вопросы
10. Отказ в удовлетворении ходатайства обвиняемого о допуске
его жены к участию в деле в качестве адвоката не признан
нарушением права на защиту.
По данному делу адвокат осуществлял защиту Р. с момента
предъявления обвинения. Участие в деле иного лица или близкого
родственника в качестве защитника в стадии досудебного
производства законом не предусмотрено.
По смыслу ст. 47 УПК РСФСР и ст. 49 УПК РФ указанные лица
могут быть допущены наряду с адвокатом в качестве защитников лишь
по определению и постановлению суда, т. е. в стадии судебного
производства.
При этом, как видно из материалов дела, жена обвиняемого в
ходе предварительного расследования допрашивалась в качестве
свидетеля, и данное обстоятельство в силу ст. 72 УПК РФ исключает
ее участие в качестве защитника.
Таким образом, доводы осужденного о нарушении его права на
защиту признаны несостоятельными.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 17-П07
11. Предыдущее рассмотрение уголовного дела в кассационном
порядке или в порядке надзора не препятствует его рассмотрению той
же судебной инстанцией в порядке возобновления производства по
уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств
(ч. 2 ст. 417 УПК РФ).
Постановлением заместителя Генерального прокурора РФ К. выдан
правоохранительным органам Республики Казахстан для осуществления
уголовного преследования по обвинению в совершении преступления,
предусмотренного ч. 2 ст. 93 Уголовного кодекса Республики
Казахстан.
Краевой суд отменил данное постановление.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ
оставила определение краевого суда без изменения, а кассационное
представление прокурора - без удовлетворения.
Президиум Верховного Суда РФ передал заключение заместителя
Генерального прокурора РФ о возобновлении производства ввиду новых
обстоятельств в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного
Суда РФ.
В постановлении указано следующее.
В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 417 УПК РФ заключение
прокурора о необходимости возобновления производства по уголовному
делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств в отношении
приговора, определения, постановления краевого, областного суда
рассматривается Судебной коллегией по уголовным делам Верховного
Суда РФ.
Согласно ч. 2 ст. 417 УПК РФ предыдущее рассмотрение
уголовного дела в кассационном порядке или в порядке надзора не
препятствует его рассмотрению той же судебной инстанцией в порядке
возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или
вновь открывшихся обстоятельств.
Постановление заместителя Генерального прокурора РФ о выдаче
К. правоохранительным органам Республики Казахстан было обжаловано
в краевой суд, определение которого пересматривалось в
кассационном порядке Судебной коллегией по уголовным делам
Верховного Суда РФ.
Таким образом, определение краевого суда и кассационное
определение суда не были предметом рассмотрения Президиума
Верховного Суда РФ.
Постановление Президиума
Верховного Суда РФ N 366-П07ПР
ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ
1. Отказ страховщика от выплаты страхового возмещения по
основанию, не влияющему на определение степени страхового риска,
признан незаконным.
Судом установлено, что между сторонами по делу (истцом П. и
ответчиком - страховой организацией) был заключен договор
страхования транспортного средства. По данному договору
застрахованы риски хищения транспортного средства и причинения ему
ущерба. В период действия этого договора автомобиль П. был похищен
(наступил страховой случай).
В соответствии с пп. 11.3, 11.3.1, 11.3.2 и 11.3.3 Правил
страхования средств автотранспорта, утвержденных генеральным
директором страховой организации (ответчика), при хищении
застрахованного транспортного средства страхователь обязан
незамедлительно, как только стало известно о хищении
застрахованного транспортного средства, заявить об этом в органы
внутренних дел по месту хищения. В течение 24 часов письменным
заявлением произвольной формы, телеграммой, факсимильной связью
уведомить страховщика о хищении застрахованного транспортного
средства. В течение трех дней, не считая выходных и праздничных
дней, представить страховщику письменное заявление с подробным
изложением всех известных ему обстоятельств хищения транспортного
средства.
Указанные требования Правил страхования средств
автотранспорта истцом П. (страхователем) были соблюдены, что не
оспаривалось ответчиком (страховщиком). Однако в выплате
страхового возмещения П. отказано со ссылкой на нарушение им
предписаний п. 13.2.3 названных Правил страхования средств
автотранспорта, согласно которым страхователь в течение трех
календарных дней обязан сообщить страховщику о снятии
транспортного средства с учета или перерегистрации транспортного
средства в органах ГИБДД, замене регистрационных документов,
регистрационных (номерных) знаков для внесения изменений в договор
страхования (страховой полис).
Разрешая дело и удовлетворяя иск в части взыскания страхового
возмещения, суд исходил из того, что законом не предусмотрена
возможность освобождения страховщика от выплаты страхового
возмещения по основанию, которое указано ответчиком, т. е. в связи
с тем, что П. в течение трех календарных дней не сообщил письменно
о перерегистрации транспортного средства и замене регистрационных
документов.
Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая П. в иске,
суд кассационной инстанции сослался на то, что в соответствии с п.
13.3.8 Правил страхования средств автотранспорта страховщик имеет
право отказать страхователю в страховом возмещении в случае
нарушения страхователем условий договора страхования (страхового
полиса) или данных Правил страхования.
Пунктом 13.2.3 указанных Правил предусмотрено, что
страхователь в течение трех календарных дней обязан сообщить
страховщику о снятии транспортного средства с учета или
перерегистрации транспортного средства в органах ГИБДД, замене
регистрационных документов, регистрационных (номерных) знаков для
внесения изменений в договор страхования (страховой полис).
П. (страхователь) заменил регистрационные документы на
автомобиль в связи с их утратой и не известил об этом страховщика,
нарушив тем самым п. 13.2.3 Правил страхования средств
автотранспорта. Следовательно, страховая организация правомерно
отказала П. в выплате страхового возмещения на основании п. 13.3.8
вышеназванных Правил.
Суд надзорной инстанции с выводами суда кассационной
инстанции согласился и указал на то, что заключенный между
страховой организацией (страховщиком) и П. (страхователем) договор
добровольного страхования автомобиля требовал в силу ст.ст. 328,
939 ГК РФ выполнения обязанностей по договору, в том числе и
страхователем. Однако истцом это не было сделано: он, произведя
замену паспорта технического средства автомобиля и свидетельства о
регистрации, не сообщил о таковой страховщику.
Между тем выводы судов кассационной и надзорной инстанций
сделаны с нарушением норм материального права.
Исходя из положений ст. 422 ГК РФ договор должен
соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным
законом, стороны не вправе заключать договор на условиях,
противоречащих закону. Правила страхования средств автотранспорта
являются неотъемлемой частью договора страхования и не должны
содержать положения, противоречащие гражданскому законодательству
и ухудшающие положение страхователя по сравнению с установленным
законом.
Основания освобождения страховщика от выплаты страхового
возмещения предусмотрены ст.ст. 961, 963, 964 ГК РФ.
Согласно ст. 961 ГК РФ неисполнение страхователем обязанности
своевременно уведомить страховщика о наступлении страхового случая
дает страховщику право отказать в выплате страхового возмещения,
если не будет доказано, что страховщик своевременно узнал о
наступлении страхового случая либо что отсутствие у страховщика
сведений об этом не могло сказаться на его обязанности выплатить
страховое возмещение.
Как указано в ст. 963 ГК РФ, страховщик освобождается от
выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой
случай наступил вследствие умысла страхователя,
выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением
случаев, предусмотренных пп. 2 и 3 данной статьи. Законом могут
быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты
страхового возмещения по договорам имущественного страхования при
наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности
страхователя или выгодоприобретателя.
В силу ст. 964 ГК РФ, если законом или договором страхования
не предусмотрено иное, страховщик освобождается от выплаты
страхового возмещения и страховой суммы, когда страховой случай
наступил вследствие: воздействия ядерного взрыва, радиации или
радиоактивного заражения; военных действий, а также маневров или
иных военных мероприятий; гражданской войны, народных волнений
всякого рода или забастовок. Если договором имущественного
страхования не предусмотрено иное, страховщик освобождается от
выплаты страхового возмещения за убытки, возникшие вследствие
изъятия, конфискации, реквизиции, ареста или уничтожения
застрахованного имущества по распоряжению государственных органов.
Из приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации
следует, что закон не содержит предписаний о возможности
освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по
основанию, на которое ссылается ответчик, т.е. в связи с тем, что
страхователь в течение трех календарных дней не сообщил письменно
страховщику о перерегистрации транспортного средства и замене
регистрационных документов.
Таким образом, суд первой инстанции, руководствуясь
названными правовыми нормами Гражданского кодекса Российской
Федерации, пришел к правильному выводу о недопустимости наличия в
договоре страхования средств автотранспорта, неотъемлемой частью
которого являются упомянутые Правила, положений, противоречащих
гражданскому законодательству, и удовлетворил требование П. о
взыскании страхового возмещения с ответчика.
Также правомерно судом первой инстанции признана неправильной
ссылка ответчика (в обоснование отказа П. в выплате истцу
страхового возмещения) на нормы ст. 959 ГК РФ.
В соответствии с п. 1 названной статьи в период действия
договора имущественного страхования страхователь
(выгодоприобретатель) обязан незамедлительно сообщать страховщику
о ставших ему известными значительных изменениях в
обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора,
если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение
страхового риска. Значительными во всяком случае признаются
изменения, оговоренные в договоре страхования (страховом полисе) и
в переданных страхователю правилах страхования.
В п. 3 указано, что при неисполнении страхователем либо
выгодоприобретателем обязанности, предусмотренной п. 1 этой статьи
Кодекса, страховщик вправе требовать расторжения договора
страхования и возмещения убытков, причиненных расторжением
договора (п. 5 ст. 453 ГК РФ).
Согласно п. 4 страховщик не вправе требовать расторжения
договора страхования, если обстоятельства, влекущие увеличение
страхового риска, уже отпали.
Таким образом, данной правовой нормой установлены иные
последствия несообщения страхователем страховщику о ставших ему
известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных
страховщику при заключении договора.
При этом судом первой инстанции правильно указано на то, что
замена П. регистрационных документов на автомобиль и неизвещение
об этом страховщика не могут быть признаны значительным изменением
в обстоятельствах, сообщенных страховщику страхователем при
заключении договора, как существенно не влияющие на увеличение
страхового риска. Кроме того, до наступления страхового случая
истцом были обнаружены прежние регистрационные документы на
автомобиль, что принято во внимание судом при вынесении решения об
удовлетворении иска в полном объеме в части взыскания страхового
возмещения с ответчика.
На основании изложенного Судебная коллегия по гражданским
делам Верховного
Суда РФ отменила постановления судов кассационной и надзорной
инстанций, оставив в силе решение районного суда.
Определение N 19-В07-30
Дела, возникающие из пенсионных правоотношений
2. Период работы в ведомственной пожарной охране не подлежит
включению в стаж работы, дающей право на досрочное назначение
трудовой пенсии по старости.
Удовлетворяя исковые требования Н. к пенсионному органу в
части включения в стаж работы, дающей право на досрочное
назначение трудовой пенсии по старости, периода работы пожарным и
начальником караула ведомственной пожарной охраны предприятия с
1 августа 1997 г. по 23 мая 2006 г., суд первой инстанции исходил
из того, что в названный период трудовые и функциональные
обязанности истца соответствовали требованиям, предъявляемым к
должностям пожарного и начальника караула работников
Государственной противопожарной службы, указанным в Списке
должностей работников Государственной противопожарной службы
пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб)
Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны,
чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных
бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой
пенсии по старости в соответствии с подпунктом 9 пункта 1 статьи 28
Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"
(утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от
18 июня 2002 г. N 437), а также из положений подп. 9 п. 1 ст. 28
Федерального закона от 17 декабря 2001 г. "О трудовых пенсиях в
Российской Федерации".
С выводом суда первой инстанции согласились и последующие
судебные инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила судебные постановления, отказав Н. в удовлетворении иска
к пенсионному органу о признании права на досрочное назначение ему
трудовой пенсии по старости на основании подп. 9 п. 1 ст. 28
Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"
как лицу, проработавшему менее 25 лет на должностях
Государственной противопожарной службы Министерства Российской
Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и
ликвидации последствий стихийных бедствий, по следующим
основаниям.
В соответствии с п. "о" ч. 1 ст. 12 Закона Российской
Федерации от 20 ноября 1990 г. "О государственных пенсиях в
Российской Федерации", действовавшего до 1 января 2002 г., пенсия
в связи с особыми условиями труда устанавливалась мужчинам и
женщинам по достижении 50 лет, если они проработали не менее 25
лет на должностях Государственной противопожарной службы
Министерства внутренних дел Российской Федерации (пожарной охраны
Министерства внутренних дел, противопожарных и
аварийно-спасательных служб Министерства внутренних дел),
предусмотренных перечнем оперативных должностей Государственной
противопожарной службы Министерства внутренних дел Российской
Федерации, утвержденным министром внутренних дел Российской
Федерации.
Аналогичные положения содержатся в подп. 9 п. 1 ст. 28
Федерального закона от 17 декабря 2001 г. "О трудовых пенсиях в
Российской Федерации", который предусматривает, что трудовая
пенсия по старости назначается ранее достижения возраста,
установленного ст. 7 указанного Федерального закона, - мужчинам и
женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали не
менее 25 лет на должностях Государственной противопожарной службы
(пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб)
Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны,
чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных
бедствий.
Пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от
18 июня 2002 г. N 437 установлено, что в стаж, с учетом которого
досрочно назначается трудовая пенсия по старости, включаются
периоды работы в должностях, предусмотренных Списком должностей
работников Государственной противопожарной службы (пожарной
охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб)
Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны,
чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных
бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой
пенсии по старости в соответствии с подпунктом 9 пункта 1 статьи
28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской
Федерации". В то же время включение в стаж для досрочного
назначения трудовой пенсии периода работы в ведомственной пожарной
охране не предусмотрено.
Таким образом, как ранее действовавшим Законом Российской
Федерации от 20 ноября 1990 г. "О государственных пенсиях в
Российской Федерации", так и действующим в настоящее время
Федеральным законом от 17 декабря 2001 г. "О трудовых пенсиях в
Российской Федерации" включение периода работы в ведомственной
пожарной охране в стаж работы, дающей право на досрочное
назначение трудовой пенсии по старости, не предусмотрено.
Из изложенного следует, что право на досрочное назначение
трудовой пенсии по старости имеют лица, которые проработали не
менее 25 лет в должностях только Государственной противопожарной
службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных
служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской
обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных
бедствий.
Кроме того, судебными инстанциями при разрешении данного
спора не учтено, что вопросы отнесения граждан к категории имеющих
право на досрочное назначение пенсии, условия назначения этой
пенсии, входят в компетенцию законодателя, суд же не обладает
такими полномочиями. Более того, установление права на досрочное
назначение трудовой пенсии по старости именно для работников
Государственной противопожарной службы обусловлено видом
выполняемых ими функций, характером и условиями деятельности, а
также повышенной физической и психоэмоциональной нагрузкой по
сравнению с работниками ведомственных пожарных частей.
Таким образом, то обстоятельство, что в период с 1 августа
1997 г. по 23 мая 2006 г. Н. исполнял трудовые и функциональные
обязанности, соответствующие требованиям, предъявляемым к
должностям пожарного и начальника караула работников
Государственной противопожарной службы, указанным в Списке
должностей работников Государственной противопожарной службы
(пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб)
Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны,
чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных
бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой
пенсии по старости в соответствии с подпунктом 9 пункта 1 статьи
28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской
Федерации", утвержденном постановлением Правительства Российской
Федерации от 18 июня 2002 г. N 437, существенным для разрешения
данного спора не является.
Определение N 6-В07-39
Процессуальные вопросы
3. Судья, председательствующий в судебном заседании при
рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, не вправе
участвовать в проверке законности принятого по этому делу
судебного постановления, вынесенного с его участием, в качестве
члена президиума суда надзорной инстанции.
Согласно ч. 3 ст. 17 ГПК РФ судья, принимавший участие в
рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, не может
участвовать в рассмотрении этого дела в судах первой и надзорной
инстанций.
Частью 2 ст. 386 ГПК РФ установлено, что дело,
рассматриваемое в порядке надзора в президиуме соответствующего
суда, докладывается председателем суда, его заместителем или по их
поручению иным членом президиума либо ранее не участвовавшим в
рассмотрении дела другим судьей этого суда.
Как видно из материалов дела, данные требования гражданского
процессуального законодательства не были соблюдены судом надзорной
инстанции.
В рассмотрении дела в суде кассационной инстанции принимал
участие в качестве председательствующего судья, впоследствии
вошедший в состав суда надзорной инстанции - президиума верховного
суда республики, проверявшего законность принятого по данному делу
определения судебной коллегии по гражданским делам верховного суда
республики, вынесенного с его участием.
В п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января
2003 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и
введением в действие Гражданского процессуального кодекса
Российской Федерации" разъяснено, что существенность нарушения
норм процессуального права суд надзорной инстанции устанавливает
по правилам ст. 364 ГПК РФ, в которой указаны случаи нарушений,
влекущих безусловную отмену судебных постановлений независимо от
доводов жалобы или представления.
Согласно п. 1 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ решение суда подлежит
отмене независимо от доводов кассационной жалобы, представления в
случае, если дело рассмотрено судом в незаконном составе.
Поскольку гражданское процессуальное законодательство
устанавливает запрет на повторное участие судьи в рассмотрении
одного и того же дела в судах кассационной и надзорной инстанций
(ст. 17 ГПК РФ), то участие одного и того же судьи сначала в
качестве председательствующего по делу в суде кассационной
инстанции, а потом в качестве члена президиума суда надзорной
инстанции является нарушением требований гражданского
процессуального законодательства.
На основании изложенного Судебная коллегия по гражданским
делам Верховного Суда РФ отменила определение президиума
верховного суда республики и направила дело на новое рассмотрение
в суд надзорной инстанции.
Определение N 20-В07-22
4. Пересмотр судебных постановлений в порядке надзора в целях
обеспечения единства судебной практики и законности возможен по
мотивированному представлению только лиц, указанных в ст. 389 ГПК
РФ, и только при наличии обращений, поданных с соблюдением общих
правил, предусмотренных главой 41 ГПК РФ.
Президиум городского суда рассмотрел дело по представлению,
внесенному председателем городского суда в связи с отменой
определения районного суда в порядке надзора в целях обеспечения
единства судебной практики и законности. При этом в представлении
со ссылкой на ч. 4 ст. 1 ГПК РФ было указано, что по аналогии
закона применяется ст. 389 данного Кодекса.
Согласно ст. 389 ГПК РФ Председатель Верховного Суда РФ или
заместитель Председателя Верховного Суда РФ вправе внести в
Президиум Верховного Суда РФ мотивированное представление о
пересмотре судебных постановлений в порядке надзора в целях
обеспечения единства судебной практики и законности.
Из названной нормы следует, что дела о пересмотре судебных
постановлений в порядке надзора в целях обеспечения единства
судебной практики и законности возбуждаются непосредственно по
представлению указанных выше должностных лиц. Председателям
областных или других соответствующих им судов право вносить
подобное представление гражданским процессуальным
законодательством не предоставлено.
Что касается предусмотренной ч. 4 ст. 1 ГПК РФ (данная
правовая норма применена по делу) возможности применения судом
норм процессуального права по аналогии закона, то она допускается
в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей
отношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства.
В силу ст. 389 ГПК РФ возбуждение дел о пересмотре судебных
постановлений в порядке надзора в целях обеспечения единства
судебной практики и законности возможно только указанными в ней
должностными лицами.
Кроме того, как разъяснено в п. 8 Постановления
Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 г.
N 2-П "По делу о проверке конституционности положений статей 16,
20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389
Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи
с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами
открытых акционерных обществ "Нижнекамскнефтехим" и "Хакасэнерго",
а также жалобами ряда граждан", исходя из конституционных
принципов гражданского судопроизводства Председатель Верховного
Суда РФ или заместитель Председателя Верховного Суда РФ могут
осуществлять закрепленное за ними ст. 389 ГПК РФ правомочие только
при наличии обращения заинтересованных лиц (включая тех, которые
по своему статусу в соответствии с законом обладают правом
обращаться в защиту публичных интересов), с соблюдением общих
правил, предусмотренных главой 41 этого Кодекса.
Данных о том, что определение районного суда было обжаловано
заинтересованными по делу лицами, в материалах дела не имеется.
Учитывая изложенное, Судебная коллегия по гражданским делам
Верховного Суда РФ отменила постановление президиума городского
суда, оставила в силе решение районного суда.
Определение N 5-В07-139
Дела, возникающие из публичных правоотношений
5. Отказ в принятии к производству суда заявления депутата
законодательного органа власти субъекта Российской Федерации об
оспаривании законности отдельных положений регламента заседаний
законодательного органа власти субъекта Российской Федерации
признан необоснованным.
Отказывая К. (депутату законодательного органа власти
субъекта Российской Федерации) в принятии к производству
городского суда заявления об оспаривании отдельных положений
регламента заседаний законодательного собрания субъекта Российской
Федерации, судья городского суда сослался на то обстоятельство,
что "действующим гражданским процессуальным законодательством
депутаты законодательных (представительных) органов власти
субъектов Российской Федерации не отнесены к кругу лиц, которым
предоставляется право на обращение в суд с заявлением об
оспаривании нормативных правовых актов по мотиву нарушения их
депутатских прав, принятых органом, в состав которого они
непосредственно входят, а также на оспаривание таких нормативных
правовых актов в связи с нарушением их депутатской компетенции".
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ
отменила определение судьи городского суда и направила заявление К.
в тот же суд для решения вопроса о возможности принятия его к
рассмотрению, указав следующее.
Обладая специальной правоспособностью и дееспособностью в
силу своего правового статуса, депутаты законодательных
(представительных) органов государственной власти субъектов
Российской Федерации в то же время не лишены статуса гражданина
Российской Федерации.
Каких-либо ограничений в вопросе принятия к рассмотрению
такого заявления депутата ни действующим законодательством
субъектов Российской Федерации, ни Конституцией Российской
Федерации не предусмотрено.
Необоснованной является ссылка судьи на то, что для депутатов
законодательных (представительных) органов государственной власти
субъектов Российской Федерации предусмотрен иной правовой механизм
приведения законов и других нормативных правовых актов, принятых
законодательными органами этих субъектов Российской Федерации, в
соответствие с федеральным законодательством.
Определение N 78-Г07-45
Ответы на вопросы
Вопрос 1: В каком порядке исчисляется пособие по временной
нетрудоспособности работникам, у которых размер названного пособия
превышает максимальный размер, установленный федеральным законом о
бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на
очередной финансовый год, если период нетрудоспособности
продолжался менее календарного месяца?
Ответ: Обеспечение пособиями по временной нетрудоспособности
граждан, подлежащих обязательному страхованию, осуществляется в
соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ
"Об обеспечении пособиями по временной нетрудоспособности, по
беременности и родам граждан, подлежащих обязательному социальному
страхованию". В ст. 14 данного Закона определен порядок исчисления
такого пособия.
В силу названной статьи Закона для исчисления пособия по
временной нетрудоспособности используется средний дневной
заработок, который определяется делением суммы начисленной
заработной платы за последние 12 календарных месяцев,
предшествующих месяцу наступления временной нетрудоспособности, на
число календарных дней, приходящихся на период, за который
учитывается заработная плата.
Согласно положениям ч. 4 вышеуказанной статьи размер дневного
пособия по временной нетрудоспособности застрахованного лица
определяется умножением среднего дневного заработка на размер
пособия в процентах, установленный ч. 1 ст. 7 данного Федерального
закона в зависимости от имеющегося у работника страхового стажа.
Размер пособия по временной нетрудоспособности исчисляется
путем умножения размера дневного пособия по временной
нетрудоспособности на число календарных дней, приходящихся на
период временной нетрудоспособности (ч. 5 ст. 14 Закона).
В силу ч. 5 ст. 7 и ч. 6 ст. 14 Закона размер пособия по
временной нетрудоспособности не может превышать максимальный
размер названного пособия, установленный федеральным законом о
бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на
очередной финансовый год.
В 2007 году максимальный размер пособия по временной
нетрудоспособности за полный календарный месяц, согласно ч. 1
ст. 13 Федерального закона от 19 декабря 2006 г. N 234-ФЗ
"О бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на
2007 год" не должен был превышать 16 125 руб. (это положение не
распространяется на районы и местности, где установлены районные
коэффициенты к заработной плате). В 2008 году и в плановый период
2009 и 2010 гг. максимальный размер указанного пособия за полный
календарный месяц не может превышать 17 250 руб. (п. 1 ч. 1 ст. 12
Федерального закона от 21 июля 2007 г. N 183-ФЗ "О бюджете Фонда
социального страхования Российской Федерации на 2008 и плановый
период 2009 и 2010 годов").
Таким образом, Федеральными законами о бюджете Фонда
социального страхования Российской Федерации на 2007, 2008 и
2009-2010 гг. максимальный размер пособия по временной
нетрудоспособности устанавливается исходя из полного календарного
месяца. При этом Федеральным законом "Об обеспечении пособиями по
временной нетрудоспособности, по беременности и родам граждан,
подлежащих обязательному социальному страхованию" не определен
порядок исчисления пособия по временной нетрудоспособности в
случае, когда период нетрудоспособности продолжался менее
календарного месяца.
Частью 7 ст. 14 Федерального закона "Об обеспечении пособиями
по временной нетрудоспособности, по беременности и родам граждан,
подлежащих обязательному социальному страхованию" установлено, что
особенности порядка исчисления пособий по временной
нетрудоспособности, в том числе для отдельных категорий
застрахованных лиц, определяются Правительством Российской
Федерации.
Правительство Российской Федерации постановлением от 15 июня
2007 г. N 375 утвердило Положение об особенностях порядка
исчисления пособий по временной нетрудоспособности, по
беременности и родам гражданам, подлежащим обязательному
социальному страхованию.
Пунктом 19 названного Положения предусмотрено, что если
исчисленное пособие превышает максимальный размер пособия,
установленный федеральным законом о бюджете Фонда социального
страхования Российской Федерации на соответствующий год, то
пособие выплачивается исходя из максимального размера,
установленного этим федеральным законом. В данном случае размер
дневного пособия определяется путем деления максимального размера
пособия за полный календарный месяц на число календарных дней в
месяце, в котором работник болел. Размер пособия по временной
нетрудоспособности, подлежащего выплате, исчисляется путем
умножения размера дневного пособия на число календарных дней,
приходящихся на период временной нетрудоспособности в каждом
календарном месяце.
Из изложенного следует, что работникам, у которых период
нетрудоспособности продолжался менее календарного месяца и
исчисленное пособие по временной нетрудоспособности которым
превышает максимальный размер, установленный федеральным законом о
бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на
очередной финансовый год, названное пособие исчисляется в
соответствии с п. 19 вышеуказанного Положения.
Вопрос 2: Является ли вступление в законную силу
обвинительного приговора суда в отношении действующего главы
муниципального образования основанием для досрочного прекращения
его полномочий в том случае, если к моменту принятия решения о
прекращении полномочий в предусмотренном уставом муниципального
образования порядке судимость, связанная с ранее вынесенным
приговором суда, будет снята или погашена, что согласно ч. 6
ст. 86 УК РФ аннулирует все связанные с ней правовые последствия?
Ответ: В соответствии с п. 6 ч. 6 ст. 36 Федерального закона
от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации
местного самоуправления в Российской Федерации" полномочия главы
муниципального образования прекращаются досрочно в случае
вступления в отношении его в законную силу обвинительного
приговора суда.
Согласно указанной норме досрочное прекращение полномочий
является следствием вступления в законную силу обвинительного
приговора суда и не ставится в зависимость от погашения или снятия
судимости.
Поэтому вступление обвинительного приговора в законную силу в
отношении действующего главы муниципального образования является
основанием для досрочного прекращения его полномочий в
соответствии с п. 6 ч. 6 ст. 36 названного Федерального закона вне
зависимости от того, что к моменту решения данного вопроса
судимость снята или погашена.
Процессуальные вопросы
Вопрос 3: Возможно ли привлечение лица, нарушившего Правила
дорожного движения, к ответственности за причинение вреда
имуществу в порядке гражданского судопроизводства в случае, если
дело об административном правонарушении прекращено?
Ответ: Основания возникновения обязательства вследствие
причинения вреда урегулированы главой 59 ГК РФ.
Из общих положений данной главы следует, что
гражданско-правовая ответственность наступает при наличии
следующих признаков: противоправного поведения субъекта,
наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением
лица и фактом возникновения вреда у потерпевшего, вины лица,
причинившего вред.
Данные обстоятельства должны устанавливаться по каждому
конкретному делу о возмещении вреда.
Указанная категория дел в силу ст. 22 ГПК РФ подведомственна
судам общей юрисдикции и подлежит рассмотрению в порядке
гражданского судопроизводства.
Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются
полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на
основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие
обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а
также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного
рассмотрения и разрешения дела.
Поэтому постановление о прекращении дела об административном
правонарушении представляет собой одно из доказательств по делу о
возмещении вреда, причиненного имуществу, и подлежит оценке наряду
с другими доказательствами (ст. 67 ГПК РФ).
Следовательно, вынесение постановления о прекращении
производства по делу об административном правонарушении не
исключает возможности привлечения лица, нарушившего Правила
дорожного движения, к ответственности за причинение вреда
имуществу в порядке гражданского судопроизводства.
Вопросы материального и пенсионного обеспечения сотрудников
органов внутренних дел, военнослужащих и гражданского персонала
воинских частей, не имеющих воинских и специальных званий
Вопрос 4: Подлежит ли выплате единовременное пособие в
размере пятилетнего денежного содержания сотрудникам органов
внутренних дел, фактически участвовавшим в выполнении задач в
условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах на
территории Республики Северная Осетия - Алания и получившим
заболевания, исключающие возможность дальнейшего прохождения
службы?
Ответ: Единовременное пособие в размере пятилетнего денежного
содержания выплачивается сотрудникам органов внутренних дел на
основании ч. 3 ст. 29 Закона Российской Федерации от 18 апреля
1991 г. "О милиции".
Как следует из данной нормы, указанное пособие выплачивается
сотрудникам органов внутренних дел в случае получения ими телесных
повреждений в связи с осуществлением служебной деятельности,
исключающих возможность дальнейшего прохождения службы.
Под телесным повреждением понимаются ранение, контузия,
травма, увечье, полученные в связи с осуществлением служебной
деятельности (исполнением служебных обязанностей) и
сопровождающиеся частичной или полной утратой способности к
несению службы или вызвавшие выраженные анатомические изменения
(значительные функциональные нарушения).
Таким образом, получение заболеваний, исключающих возможность
дальнейшего прохождения службы сотрудниками органов внутренних
дел, фактически участвовавшими в выполнении задач в условиях
чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, не влечет
выплату единовременного пособия в размере пятилетнего денежного
содержания.
Вместе с тем ч. 2 ст. 3 Закона Российской Федерации от
21 января 1993 г. "О дополнительных гарантиях и компенсациях
военнослужащим, проходящим военную службу на территориях
государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а
также выполняющим задачи по защите конституционных прав граждан в
условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах",
который вступил в силу 11 февраля 1993 г., устанавливалось, что
при получении военнослужащим в связи с исполнением им служебных
обязанностей травмы, ранения, контузии, заболевания, исключающих
возможность дальнейшего прохождения военной службы, этому
военнослужащему выплачивалось единовременное пособие в размере его
пятилетнего денежного содержания.
Действие данного Закона было распространено на лиц рядового и
начальствующего состава, курсантов и слушателей учебных заведений
Министерства внутренних дел Российской Федерации, выполняющих
задачи по защите конституционных прав граждан в условиях
чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах (ст. 7 Закона
от 21 января 1993 г.).
Поэтому с 11 февраля 1993 г. сотрудники органов внутренних
дел, фактически участвовавшие в выполнении задач в условиях
чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах на территории
Республики Северная Осетия - Алания и получившие заболевания,
исключающие возможность дальнейшего прохождения службы, имели
право на выплату единовременного пособия в размере пятилетнего
денежного содержания.
Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 г. "О внесении
изменений в Закон Российской Федерации "О дополнительных гарантиях
и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на
территориях государств Закавказья, Прибалтики и Республики
Таджикистан, а также выполняющим задачи по защите конституционных
прав граждан в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных
конфликтах" вышеуказанный Закон был изложен в новой редакции,
которая в соответствии с постановлением Верховного Совета
Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5481/1-I введена в
действие с 1 августа 1993 г.
В новой редакции Закона Российской Федерации
"О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим,
проходящим военную службу на территориях государств Закавказья,
Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в
условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах"
норма о выплате единовременного пособия в размере пятилетнего
денежного содержания отсутствует.
Возможность выплаты указанного единовременного пособия не
предусматривается и более поздними редакциями названного Закона.
Таким образом, с 1 августа 1993 г. правовое основание для
выплаты единовременного пособия в размере пятилетнего денежного
содержания сотрудникам органов внутренних дел, фактически
участвовавшим в выполнении задач в условиях чрезвычайного
положения и при вооруженных конфликтах на территории Республики
Северная Осетия - Алания и получившим заболевания, исключающие
возможность дальнейшего прохождения службы, отсутствует.
Вопрос 5: Подлежат ли пересмотру пенсии в связи с увеличением
месячной стоимости продовольственного пайка лицам, проходившим
военную службу (с учетом определения Кассационной коллегии
Верховного Суда РФ от 17 февраля 2004 г. N КАС01-370), за период
до 4 октября 2001 г.?
(Правовая позиция, изложенная в ответе на вопрос N 17,
содержащийся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской
Федерации за III квартал 2004 года, применению не подлежит.)
Ответ: В силу ст. 49 Закона Российской Федерации от
12 февраля 1993 г. N 4468-I "О пенсионном обеспечении лиц,
проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел,
Государственной противопожарной службе, органах по контролю за
оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях
и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" (в
редакции, действовавшей до 1 января 2008 г.) порядок пересмотра
пенсий лицам, которым пенсии назначались в соответствии с
названным Законом, определялся Правительством Российской
Федерации.
Указанный порядок устанавливался постановлением Совета
Министров - Правительства Российской Федерации от 22 сентября
1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и
выплаты пенсий и пособий лицам, проходившим военную службу в
качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих
сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов,
сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел,
учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям
в Российской Федерации".
Определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от
4 октября 2001 г. N КАС01-370 отменено решение Верховного Суда РФ
от 2 августа 2001 г. и признаны незаконными п. 8, подп. "б" п. 9,
подп. "б" п. 14 постановления Совета Министров - Правительства
Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке
исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий и пособий
лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров,
прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по
контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо
службу в органах внутренних дел, учреждениях и органах
уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской
Федерации" в части пересмотра пенсий без учета времени увеличения
месячной стоимости соответствующего продовольственного пайка,
выдаваемого военнослужащим, лицам рядового и начальствующего
состава.
В силу ч. 3 ст. 239-8 ГПК РСФСР (действовавшей на момент
вынесения определения от 4 октября 2001 г.) нормативный акт или
отдельная его часть, признанные незаконными решением суда,
считались недействующими с момента вступления этого решения в
законную силу.
Определением Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от
17 февраля 2004 г. разъяснено, что п. 8, подп. "б" п. 9, подп. "б"
п. 14 постановления Совета Министров - Правительства Российской
Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке исчисления
выслуги лет, назначения и выплаты пенсий и пособий лицам,
проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков,
мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в
качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в
органах внутренних дел, учреждениях и органах
уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской
Федерации" признаны незаконными и недействующими с момента
вступления решения суда в законную силу.
Кассационное определение вступает в законную силу с момента
его вынесения (ст. 367 ГПК РФ, ст. 312 ГПК РСФСР, действовавшего
во время вынесения кассационного определения от 4 октября
2001 г.).
По смыслу ст. 125 Конституции Российской Федерации и правовых
позиций, выраженных Конституционным Судом Российской Федерации в
Постановлениях от 16 июня 1998 г., от 11 апреля 2000 г., от
18 июля 2003 г. и от 27 января 2004 г., решение Верховного Суда РФ,
которым акт Правительства Российской Федерации (если его проверка
судом общей юрисдикции допустима) признан противоречащим
федеральному закону, не является подтверждением недействительности
нормативного акта Правительства Российской Федерации, его отмены
самим судом, тем более лишения его юридической силы с момента
издания, а означает лишь признание недействующим и, следовательно,
не подлежащим применению с момента вступления решения суда в силу.
Таким образом, признание п. 8, подп. "б" п. 9, подп. "б"
п. 14 постановления Совета Министров - Правительства Российской
Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941 недействующими с 4 октября
2001 г. и утрата в связи с этим вышеназванными нормами силы
означает, что они не могут применяться с момента вынесения
определения Кассационной коллегией Верховного Суда РФ.
Признав названные правовые нормы недействующими с момента
вынесения кассационного определения, Кассационная коллегия
Верховного Суда РФ тем самым допустила действие этих норм до
момента вынесения определения - 4 октября 2001 г.
В соответствии с п. 1 ст. 6 Федерального конституционного
закона от 31 декабря 1996 г. "О судебной системе Российской
Федерации" (с последующими изменениями) вступившие в законную силу
постановления, в частности, федеральных судов, являются
обязательными для всех без исключения органов государственной
власти, органов местного самоуправления, общественных объединений,
должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат
неукоснительному исполнению на всей территории Российской
Федерации.
Исходя из изложенного пенсии лицам, проходившим военную
службу, за период до 4 октября 2001 г. в связи с увеличением
месячной стоимости продовольственного пайка (с учетом определения
Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 17 февраля 2004 г.
N KAC01-370) не могут быть пересчитаны.
Вопрос 6: Имеют ли право медицинские работники воинских
частей, получающие надбавку за выслугу лет в соответствии с
приказом Министра обороны Российской Федерации от 8 марта 1993 г.
N 130, на получение надбавки за продолжительность непрерывной
работы в размере 30 процентов, установленной постановлением
Министерства труда и занятости населения Российской Федерации от 8
июня 1992 г. N 17?
Ответ: Пунктом 3 Указа Президента Российской Федерации от
13 мая 1992 г. N 508 "О дополнительных мерах по стимулированию
труда работников здравоохранения" на средний и младший медицинский
персонал распространены действующие надбавки за продолжительность
непрерывной работы (до 30 процентов к должностным окладам).
В силу п. 5 данного Указа определение размера надбавки
осуществляется Министерством здравоохранения Российской Федерации,
Министерством труда и занятости населения Российской Федерации по
согласованию с Министерством финансов Российской Федерации.
Во исполнение вышеприведенного положения в п. 1.4
постановления Министерства труда и занятости населения Российской
Федерации от 8 июня 1992 г. N 17 "О размерах надбавок и доплат
работников здравоохранения и социальной защиты населения" среднему
и младшему медицинскому персоналу учреждений здравоохранения
установлена надбавка за продолжительность непрерывной работы,
которая не может превышать 30 процентов должностного оклада.
Из анализа п. 5 названного постановления следует, что
надбавка за продолжительность непрерывной работы распространяется
на медицинских работников (не имеющих воинских и специальных
званий рядового и начальствующего состава) воинских частей
Министерства обороны Российской Федерации, которым указанная
надбавка устанавливается данным Министерством.
Выплата процентной надбавки за непрерывную работу
гражданскому персоналу воинских частей, в том числе и медицинским
работникам, была установлена п. 4 приказа Министра обороны
Российской Федерации от 8 марта 1993 г. N 130 "О введении новых
условий оплаты труда гражданского персонала воинских частей,
учреждений, военно-учебных заведений, предприятий и организаций
Министерства обороны Российской Федерации, находящихся на
сметно-бюджетном финансировании, на основе единой тарифной сетки"
с одновременной отменой выплаты этим работникам других надбавок за
продолжительность непрерывной работы (приложение N 10 к данному
приказу).
Согласно приложению N 10 к приказу Министра обороны
Российской Федерации от 8 марта 1993 г. N 130 процентная надбавка
за продолжительность непрерывной работы называется надбавкой за
выслугу лет.
Таким образом, медицинским работникам, не имеющим воинских и
специальных званий рядового и начальствующего состава, работающим
в воинских частях Министерства обороны Российской Федерации,
выплачивается надбавка за продолжительность непрерывной работы в
соответствии с приказом Министра обороны Российской Федерации от
8 марта 1993 г. N 130, изданным в соответствии с п. 5 постановления
Министерства труда и занятости населения Российской Федерации от
8 июня 1992 г. N 17 "О размерах надбавок и доплат работников
здравоохранения и социальной защиты населения".
Вопросы по делам, возникающим из публичных правоотношений
Вопрос 7: Является ли принятие закона на одном заседании
законодательным (представительным) органом субъекта Российской
Федерации сразу в двух чтениях основанием для признания судом
данного закона недействующим в связи с нарушением процедуры его
принятия, если регламентом законодательного (представительного)
органа субъекта Российской Федерации установлена норма о том, что
на одном заседании законопроект рассматривается в одном чтении?
Ответ: В силу ст. 73 и ч. 4 ст. 76 Конституции Российской
Федерации правовое регулирование вне пределов ведения Российской
Федерации и совместного ведения Российской Федерации и ее
субъектов осуществляется непосредственно субъектом Российской
Федерации. Установление порядка принятия законов, являясь
предметом ведения субъекта Российской Федерации, относится к его
исключительной компетенции.
На этом основании субъект правомочен определять процедуру,
согласно которой законопроект может быть рассмотрен на одном
заседании только в одном чтении, поскольку это является
исключительным правом субъекта.
Вместе с тем включение в регламент законодательного
(представительного) органа субъекта Российской Федерации
названного положения не ограничивает право субъекта Российской
Федерации в отдельных случаях по своему усмотрению принять
законопроект сразу в двух чтениях на одном заседании
законодательного (представительного) органа субъекта Российской
Федерации, поскольку ни Конституцией Российской Федерации, ни
федеральным законодательством никаких ограничений полномочий
субъекта Российской Федерации в регулировании этого вопроса не
установлено.
Следовательно, принятие закона сразу в двух чтениях на одном
заседании законодательного (представительного) органа субъекта
Российской Федерации не будет в указанном выше случае являться
основанием для признания судом закона недействующим в связи с
нарушением процедуры его принятия.
Вопрос 8: Вправе ли судья отказать в принятии заявления об
оспаривании решений, действий должностных лиц органов местного
самоуправления, в котором заявитель просит признать незаконным
распоряжение главы администрации органа местного самоуправления о
разрешении строительства кафе в сквере, игрового зала на
набережной, пункта проката на пляже и т.п., на основании того, что
оспариваемые акты не затрагивают права, свободы или законные
интересы заявителя?
Ответ: В силу положений ст. 46 Конституции Российской
Федерации, ст.ст. 3, 4, 254 ГПК РФ граждане и организации вправе
обращаться в суд за защитой своих прав, свобод и охраняемых
законом интересов.
В то же время по смыслу ст. 255 ГПК РФ граждане вправе
оспорить в суде лишь такие решения, действия (бездействие)
должностных лиц органов местного самоуправления, которые нарушают
их права и свободы, создают препятствия к осуществлению
гражданином его прав и свобод, незаконно возлагают на гражданина
какую-либо обязанность или незаконно привлекают его к
ответственности.
Вопрос о том, нарушены ли права, свободы и законные интересы
заявителя, подлежит исследованию судом при рассмотрении дела по
существу, в процессе которого гражданин, ссылаясь на конкретные
обстоятельства, должен доказать, имеют ли место данные нарушения.
Однако, когда при принятии заявления очевидно, что
оспариваемый акт права, свободы и законные интересы заявителя не
затрагивает, в принятии заявления, как не подлежащего рассмотрению
и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, должно быть
отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ.
Вопросы применения Кодекса Российской Федерации об
административных правонарушениях
Вопрос 9: Является ли длящимся административное
правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 19.5 КоАП РФ, -
невыполнение в срок законного предписания органа, осуществляющего
государственный надзор, с учетом того, что допущенное нарушение,
об устранении которого было выдано предписание, не устранено?
Ответ: В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 14
постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5
"О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса
Российской Федерации об административных правонарушениях",
длящимся является такое административное правонарушение (действие
или бездействие), которое выражается в длительном непрекращающемся
невыполнении или ненадлежащем выполнении обязанностей, возложенных
на нарушителя законом. Невыполнение предусмотренной нормативным
правовым актом обязанности к установленному в нем сроку не
является длящимся административным правонарушением.
Данное разъяснение применимо и в тех случаях, когда срок для
выполнения какой-либо обязанности определен не только
нормативно-правовым, но и другим актом, в том числе предписанием
органа, осуществляющего государственный надзор.
Согласно ч. 1 ст. 19.5 КоАП РФ невыполнение в установленный
срок законного предписания (постановления, представления, решения)
органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор
(контроль), об устранении нарушений законодательства влечет
наложение административного штрафа на граждан в размере от трехсот
до пятисот рублей; на должностных лиц - от одной тысячи до двух
тысяч рублей или дисквалификацию на срок до трех лет; на
юридических лиц - от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей.
Как следует из диспозиции вышеприведенной нормы, объективная
сторона данного административного правонарушения - нарушение срока
исполнения предписания об устранении нарушения законодательства,
т. е. оно считается оконченным по истечении указанного в
предписании срока. Поэтому названное административное
правонарушение не является длящимся.
Вопрос 10: В каких случаях дела об административных
правонарушениях, производство по которым осуществлялось в форме
административного расследования, подлежат рассмотрению в суде?
(Ответ на вопрос N 4, содержащийся в Обзоре судебной практики
Верховного Суда Российской Федерации за I квартал 2003 года,
признан утратившим силу.)
Ответ: В силу ч. 2 ст. 23.1 КоАП РФ дела, перечисленные в
данной норме, рассматриваются судьями в случаях, если орган или
должностное лицо, к которым поступило дело о таком
административном правонарушении, передает его на рассмотрение
судье.
Следовательно, в отношении перечисленных в приведенной норме
Кодекса составов административных правонарушений возможность
отнесения их рассмотрения к компетенции суда поставлена
законодателем в зависимость от усмотрения соответствующего
административного органа или должностного лица.
В абз. 2 ч. 3 этой же статьи Кодекса предусматривается, что
дела об административных правонарушениях, указанных в чч. 1 и 2
данной нормы, производство по которым осуществлялось в форме
административного расследования, рассматриваются судьями районных
судов.
Из анализа названных положений ст. 23.1 КоАП РФ можно сделать
вывод о том, что в тех случаях, когда в отношении лиц, совершивших
административные правонарушения, перечисленные в ч. 2 данной
статьи, проводилось административное расследование,
административный орган или должностное лицо, к которым поступило
дело о таком административном правонарушении, обязаны передать его
на рассмотрение суда, поскольку в абз. 2 ч. 3 установлена
исключительная судебная подведомственность в отношении этих дел.
В качестве компетентного суда, полномочного рассматривать
указанные дела, в абз. 2 ч. 3 ст. 23.1 Кодекса определен районный
суд.
Такая позиция нашла свое отражение в подп. "а" п. 3
постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5
"О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса
Российской Федерации об административных правонарушениях", в
котором разъясняется, что дела об административных
правонарушениях, указанных в чч. 1 и 2 ст. 23.1 КоАП РФ, в том
случае, когда по делу проводилось административное расследование
(ст. 28.7 КоАП РФ), рассматривают судьи районных судов.
Вопрос 11: Какой судья - мировой или судья районного суда -
должен рассматривать дела в отношении граждан и должностных лиц,
совершивших административное правонарушение, санкция за которое не
предусматривает административное приостановление деятельности,
хотя квалификация их действий, как и действий юридических лиц и
лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без
образования юридического лица, производится по одной и той же
части статьи (например, ч. 2 ст. 14.4 КоАП РФ)?
Ответ: Согласно ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ дела об
административных правонарушениях, указанных в чч. 1 и 2 названной
статьи, производство по которым осуществляется в форме
административного расследования, а также дела об административных
правонарушениях, влекущих административное выдворение за пределы
Российской Федерации или административное приостановление
деятельности, рассматриваются судьями районных судов.
В остальных случаях дела об административных правонарушениях,
указанных в чч. 1 и 2 ст. 23.1 КоАП РФ, рассматриваются мировыми
судьями.
В санкциях ряда статей Кодекса Российской Федерации об
административных правонарушениях, в частности ч. 2 ст. 14.4,
устанавливается наказание для физических лиц в виде штрафа, а для
юридических лиц и лиц, осуществляющих предпринимательскую
деятельность без образования юридического лица, - в виде штрафа
либо административного приостановления деятельности.
Исходя из положений ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ дела об
административных правонарушениях в отношении юридических лиц и
лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без
образования юридического лица, должны рассматриваться судьями
районных судов, так как в отношении данных субъектов санкциями
статей предусматривается административное приостановление
деятельности.
Дела об административных правонарушениях в отношении граждан
и должностных лиц, привлекаемых к административной ответственности
по ч. 2 ст. 14.4 КоАП РФ, с учетом того, что для этих субъектов
административных правонарушений не предусмотрено административное
наказание в виде административного приостановления деятельности,
должны рассматриваться мировым судьей.
Аналогичным образом должны рассматриваться дела и по иным
статьям, в которых наказание за совершение административного
правонарушения для физических лиц устанавливается в виде штрафа, а
для юридических лиц и лиц, осуществляющих предпринимательскую
деятельность без образования юридического лица, - в виде штрафа
либо административного приостановления деятельности.
Вопрос 12: Подпадает ли под действие ч. 1 ст. 15.25 КоАП РФ
предъявление гражданином Российской Федерации в зоне таможенного
контроля таможенной декларации с указанием иностранной валюты в
сумме, превышающей в эквиваленте 10 тыс. долларов США, при
отсутствии документов, подтверждающих ввоз или перевод данной
валюты в Российскую Федерацию?
Ответ: В ч. 1 ст. 15.25 КоАП РФ предусмотрена
административная ответственность за осуществление валютных
операций, запрещенных валютным законодательством Российской
Федерации.
Объективная сторона правонарушения выражается в совершении
валютных операций, запрещенных Федеральным законом от 10 декабря
2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" (с
последующими изменениями и дополнениями), или в совершении таких
операций без соблюдения установленных данным Законом ограничений.
В соответствии с подп. "г" п. 9 ч. 1 ст. 1 названного Закона
вывоз с таможенной территории Российской Федерации валютных
ценностей относится к валютным операциям.
Порядок вывоза наличной иностранной валюты из Российской
Федерации урегулирован ст. 15 Федерального закона "О валютном
регулировании и валютном контроле".
В силу чч. 2, 3 указанной статьи Закона единовременный вывоз
из Российской Федерации физическими лицами иностранной валюты в
сумме, превышающей в эквиваленте 10 тыс. долларов США, не
допускается, за исключением случаев, когда валюта сверх
установленной нормы вывозится в пределах сумм, ранее ввезенных или
переведенных в Российскую Федерацию.
Следовательно, Закон содержит условие в отношении
единовременного вывоза из Российской Федерации иностранной валюты
в сумме свыше 10 тыс. долларов США в виде необходимости
представлять таможенным органам документы, подтверждающие ее ввоз
или перевод в Российскую Федерацию, которые содержат сведения о
происхождении этой иностранной валюты.
Таким образом, единовременный вывоз валюты в сумме,
превышающей в эквиваленте 10 тыс. долларов США, без документов,
подтверждающих законность ввоза или перевода в Российскую
Федерацию валюты, вывозимой из Российской Федерации сверх
установленной законом нормы, является осуществлением валютной
операции, запрещенной валютным законодательством.
Исходя из положений ч. 2 ст. 1 Федерального закона
"О валютном регулировании и валютном контроле" используемый термин
"вывоз с таможенной территории иностранной валюты" применяется в
том значении, в каком он используется в таможенном
законодательстве, если иное не предусмотрено данным Федеральным
законом. Иного понятия этот Закон не содержит.
Согласно подп. 9 п. 1 ст. 11 Таможенного кодекса Российской
Федерации (ТК РФ) под вывозом товаров с таможенной территории
Российской Федерации понимается подача таможенной декларации или
совершение других действий (в частности, вход, въезд физического
лица, выезжающего из Российской Федерации, в зону таможенного
контроля), непосредственно направленных на вывоз товаров, а также
все последующие предусмотренные Таможенным кодексом Российской
Федерации действия с товарами до фактического пересечения ими
таможенной границы.
В соответствии с п. 7 ст. 403 ТК РФ контроль за валютными
операциями, связанными с перемещением товаров через таможенную
границу, осуществляют в пределах своей компетенции таможенные
органы.
Таким образом, установить факт незаконного вывоза иностранной
валюты через таможенную границу возможно при проверке таможенными
органами таможенной декларации. В этом случае административная
ответственность, предусмотренная ч. 1 ст. 15.25 КоАП РФ, будет
наступать и тогда, когда впоследствии валюта не была вывезена
гражданином за пределы Российской Федерации по причине отказа от
поездки.
Следовательно, нахождение гражданина в зоне таможенного
контроля и предъявление им таможенной декларации на вывоз
иностранной валюты, превышающей 10 тыс. долларов США, при
отсутствии предусмотренных законом документов будет
свидетельствовать о наличии в действиях этого лица состава
административного правонарушения, установленного ч. 1 ст. 15.25
КоАП РФ, поскольку подтверждает его намерение вывезти валюту в
таком размере за пределы таможенной границы.
Вопрос 13: Подлежит ли привлечению к административной
ответственности на основании ст. 17.7 КоАП РФ руководитель
организации за неисполнение представления прокурора об увольнении
работников, не соответствующих квалификационным требованиям,
предъявляемым действующим законодательством к занимаемым ими
должностям?
Ответ: Статьей 17.7 КоАП РФ установлена административная
ответственность за умышленное невыполнение требований прокурора,
вытекающих из его полномочий, определенных федеральным законом.
Полномочия прокурора предусмотрены Федеральным законом от
17 января 1992 г. "О прокуратуре Российской Федерации".
В силу положений ст.ст. 21 и 22 данного Федерального закона
прокурор осуществляет надзор за исполнением законов, действующих
на территории Российской Федерации, и при осуществлении
возложенных на него функций вносит представления об устранении
нарушений закона.
Таким образом, в случае установления факта нарушения закона
руководителем организации (выявлены работники, не соответствующие
квалификационным требованиям, предъявляемым действующим
законодательством к занимаемым ими должностям) прокурор вправе
внести представление об устранении допущенных нарушений.
Полномочию прокурора вносить названное представление
корреспондирует обязанность должностного лица рассмотреть его.
Порядок же исполнения представлений прокурора определяется
работодателем самостоятельно, поскольку иное (требования,
содержащиеся в представлении прокурора, об увольнении определенных
работников) означает вмешательство в право работодателя принимать
необходимые кадровые решения по своему усмотрению.
Следовательно, руководитель организации не может быть
привлечен к административной ответственности на основании ст. 17.7
КоАП РФ за отказ уволить работников, не соответствующих
квалификационным требованиям, предъявляемым действующим
законодательством к занимаемым ими должностям.
Вопрос 14: Подлежит ли государственный служащий привлечению к
административной ответственности по ст. 19.7 КоАП РФ за нарушение
сроков представления декларации о доходах и имуществе,
принадлежащем ему на праве собственности, либо за непредставление
такой декларации, обязанность представления которой установлена
Указом Президента Российской Федерации от 15 мая 1997 г. N 484?
Ответ: Статьей 19.7 КоАП РФ предусматривается
административная ответственность в виде штрафа за непредставление
или несвоевременное представление в государственный орган
(должностному лицу) сведений (информации), представление которых
предусмотрено законом и необходимо для осуществления этим органом
(должностным лицом) его законной деятельности, а равно
представление в государственный орган (должностному лицу) таких
сведений (информации) в неполном объеме или в искаженном виде, за
исключением случаев, предусмотренных ст.ст. 19.7.1, 19.7.2, 19.8,
19.19 Кодекса.
В качестве обязательного условия привлечения к
административной ответственности в данной статье указывается на
то, что представление требуемых сведений должно быть предусмотрено
законом и необходимо для осуществления соответствующим органом
(должностным лицом) своих задач и функций в установленной сфере
деятельности.
Согласно п. 4 Указа Президента Российской Федерации от 15 мая
1997 г. N 484 "О представлении лицами, замещающими государственные
должности Российской Федерации, и лицами, замещающими
государственные должности государственной службы и должности в
органах местного самоуправления, сведений о доходах и имуществе"
федеральные государственные служащие обязаны ежегодно представлять
в налоговые органы по месту постоянного жительства не позднее
1 апреля года, следующего за отчетным, сведения о своих доходах и
принадлежащем им имуществе. Данные сведения представляются в виде
декларации, форма которой утверждена названным Указом.
Как следует из положений данного Указа, декларация
предназначена для проверки соблюдения гражданским служащим
ограничений, связанных с прохождением гражданской службы, а не для
целей налогообложения.
Правовые, организационные и финансово-экономические основы
государственной гражданской службы Российской Федерации
урегулированы Федеральным законом от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ
"О государственной гражданской службе Российской Федерации".
В силу ст. 20 вышеназванного Федерального закона гражданский
служащий ежегодно не позднее 30 апреля года, следующего за
отчетным, обязан представлять представителю нанимателя сведения о
доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера.
При этом организация проверки таких сведений, а также
соблюдения гражданским служащим ограничений, установленных
законодательством Российской Федерации, возлагается на кадровую
службу соответствующего государственного органа (ст. 44 Закона).
Поскольку названным Федеральным законом предусмотрен иной
порядок представления государственными служащими сведений о
доходах и принадлежащем им имуществе, то приведенный выше Указ
Президента Российской Федерации в этой части не распространяется
на данные правоотношения.
Следовательно, за нарушение сроков представления декларации о
доходах и имуществе, принадлежащем ему на праве собственности,
либо за непредставление такой декларации, обязанность
представления которой установлена Указом Президента Российской
Федерации от 15 мая 1997 г. N 484, федеральный государственный
служащий не может быть привлечен к административной
ответственности по ст. 19.7 КоАП РФ.
Кроме того, Кодекс Российской Федерации об административных
правонарушениях не предусматривает ответственность государственных
служащих за несоблюдение ограничений, связанных с прохождением
гражданской службы.
Вопрос 15: Возможно ли обжалование в вышестоящий суд
определения мирового судьи о возвращении протокола об
административном правонарушении и других материалов дела в орган,
должностному лицу, которые составили протокол?
Ответ: В соответствии с чч. 1 и 2 ст. 46 Конституции
Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его
прав и свобод; решения и действия (или бездействие) органов
государственной власти, органов местного самоуправления,
общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в
суд.
Таким образом, Конституция Российской Федерации гарантирует
каждому судебную защиту его прав и свобод в рамках
конституционного, гражданского, административного и уголовного
судопроизводства.
При этом возможно обжалование в суд решений и действий
(бездействия) любых государственных органов, включая судебные;
пересмотр судебных постановлений вышестоящим судом является одной
из гарантий права на судебную защиту.
Несмотря на то, что Кодекс Российской Федерации об
административных правонарушениях не предусматривает положений, на
основании которых можно обжаловать определения о возвращении
протокола об административном правонарушении и других материалов
дела в орган, должностному лицу, составившим протокол, исходя из
общих принципов осуществления правосудия они могут быть обжалованы
как исключающие возможность дальнейшего движения дела об
административном правонарушении, поскольку их вынесение может
повлечь нарушение прав на судебную защиту лиц, участвующих в деле.
Пересмотр этих определений осуществляется в порядке,
предусмотренном Кодексом Российской Федерации об административных
правонарушениях.
Так как органы и должностные лица, составившие протокол, не
указаны в главе 25 КоАП РФ в качестве участников производства по
делам об административных правонарушениях, они не вправе
обжаловать постановления по делу об административном
правонарушении, в том числе и определение мирового судьи о
возвращении протокола об административном правонарушении и других
материалов дела в орган, должностному лицу, которые составили
протокол. Такое определение может быть обжаловано потерпевшим по
делу об административном правонарушении, лицом, в отношении
которого ведется производство по делу об административном
правонарушении, в том случае, когда данным определением затронуты
его права. Данное определение может быть также опротестовано
прокурором.
Вопрос 16: Возможно ли отменить не вступившее в законную силу
постановление по делу об административном правонарушении по
протесту прокурора в связи с мягкостью назначенного наказания в
случае совершения правонарушения в области защиты прав
потребителей (например, нарушения законодательства в области
обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения
(ст. 6.3 КоАП РФ), выразившегося в нарушении действующих
санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении
санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий), когда
по делу нет потерпевшего, т.е. в интересах неопределенного круга
лиц?
Ответ: В п. 4 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ установлено, что по
результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об
административном правонарушении может быть вынесено решение об
отмене постановления и о возвращении дела на новое рассмотрение
судье, в орган, должностному лицу, правомочным рассмотреть дело, в
случаях существенного нарушения процессуальных требований,
предусмотренных данным Кодексом, если это не позволило
всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, а также в связи
с необходимостью применения закона об административном
правонарушении, влекущем назначение более строгого
административного наказания, если потерпевшим по делу подана
жалоба на мягкость примененного административного наказания.
Из данной нормы следует, что не вступившее в законную силу
постановление по делу об административном правонарушении может
быть отменено в связи с необходимостью применения закона об
административном правонарушении, влекущем назначение более
строгого административного наказания, только в одном случае -
когда потерпевшим по делу подана жалоба на мягкость примененного
административного наказания.
По протесту прокурора постановление по делу об
административном правонарушении может быть отменено в случаях
существенного нарушения процессуальных требований, предусмотренных
указанным Кодексом, если это не позволило всесторонне, полно и
объективно рассмотреть дело.
Судебная практика Военной коллегии Верховного Суда
Российской Федерации
По гражданским делам
1. При решении вопроса о признании военнослужащего
нуждающимся в улучшении жилищных условий следует исходить из
учетной нормы площади жилого помещения, установленной органом
местного самоуправления.
В 1999 году Р. был выдан государственный жилищный сертификат
на семью из трех человек, по которому он приобрел в г. Советске
Калининградской области квартиру общей площадью 53,1 кв. м. Во
время прохождения военной службы в августе 2004 г. в г. Душанбе
Республики Таджикистан у Р. родился второй ребенок. После
возвращения в г. Советск Р. обратился в жилищную комиссию с
просьбой принять его на учет нуждающихся в улучшении жилищных
условий. 18 октября 2006 г. жилищная комиссия в признании его
нуждающимся в улучшении жилищных условий отказала. Это решение
было утверждено командиром воинской части.
Считая свои права нарушенными, Р. обратился в гарнизонный
военный суд, который в удовлетворении его требований отказал.
Флотский военный суд оставил это решение без изменения.
Президиум флотского военного суда отменил судебные
постановления по делу и принял новое решение - об удовлетворении
требования заявителя.
Военная коллегия Верховного Суда РФ постановление президиума
отменила и оставила в силе решение и кассационное определение по
следующим основаниям.
Признавая действия командира по утверждению решения жилищной
комиссии в отношении Р. неправомерными, суд надзорной инстанции
исходил из того, что учетная норма, установленная органом местного
самоуправления, применяется при постановке на учет нуждающихся в
улучшении жилищных условий для получения жилых помещений лишь в
самих этих органах, а не в органах, обеспечивающих отдельные
категории граждан, в частности военнослужащих, жилыми помещениями
из государственного жилищного фонда. В последнем случае при оценке
нуждаемости граждан в жилье необходимо руководствоваться
нормативными правовыми актами органов государственной власти
субъектов Российской Федерации.
Однако этот вывод ошибочен.
Как следует из содержания п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ,
нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам
социального найма, признаются граждане, являющиеся собственниками
жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и
обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи
менее учетной нормы.
В соответствии с чч. 4 и 5 ст. 50 Кодекса учетной нормой
площади жилого помещения является минимальный размер площади
жилого помещения, исходя из которого определяется уровень
обеспеченности граждан общей площадью жилого помещения в целях их
принятия на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях.
Учетная норма устанавливается органом местного самоуправления.
Согласно ч. 6 ст. 50 ЖК РФ законами субъектов Российской
Федерации для отдельных категорий граждан допускается установление
иных учетных норм. Однако данное положение Кодекса к
военнослужащим, проходящим службу на территории Калининградской
области, не применимо, поскольку действие ст. 1 Закона
Калининградской области от 21 декабря 2005 г. N 706 "О порядке
предоставления по договорам социального найма жилых помещений
жилищного фонда Калининградской области", устанавливавшей учетную
норму в размере 18 кв. м, распространялось лишь на работников
государственных учреждений бюджетной сферы Калининградской
области, к которым Р. не относился, так как являлся подполковником
Пограничных войск Российской Федерации - военнослужащим,
проходящим военную службу в федеральном органе исполнительной
власти.
Кроме того, Жилищный кодекс Российской Федерации не содержит
в этой части каких-либо исключений для граждан, обеспечиваемых
жильем за счет средств государственного бюджета, в сравнении с
гражданами, обеспечиваемыми жилыми помещениями из муниципального
жилищного фонда.
К тому же Закон Калининградской области от 21 декабря 2005 г.
"О порядке предоставления по договорам социального найма жилых
помещений жилищного фонда Калининградской области", применить
который требовал Р., в настоящее время отменен, а установленная в
нем учетная норма площади жилого помещения в новом Законе
Калининградской области от 3 июля 2007 г. N 151
"О специализированном жилищном фонде Калининградской области"
отсутствует.
Исходя из изложенного и с учетом того, что Р. обеспечен
площадью жилого помещения на каждого из четырех членов семьи более
чем по 10 кв. м, довод командира воинской части в жалобе о том,
что постановление президиума флотского военного суда по данному
спору вынесено без должных правовых оснований, является
обоснованным.
Определение N 6Н-398/07
2. Единовременное пособие при повторном увольнении с военной
службы выплачивается исходя из общей выслуги лет на день
последнего увольнения с зачетом пособий, выплаченных при
предыдущих увольнениях с военной службы.
В 1995 году М. уволен с военной службы, в связи с чем ему
выплачено единовременное пособие в размере восьми окладов
денежного содержания. В дальнейшем по решению суда он был
восстановлен на службе, а приказы о его увольнении и исключении из
списков личного состава признаны незаконными. При повторном
увольнении его с военной службы в 2004 году по подп. "б" п. 3
ст. 51 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 53-ФЗ "О воинской
обязанности и военной службе" - по состоянию здоровья в связи с
признанием его военно-врачебной комиссией ограниченно годным к
военной службе ему выплачено двенадцать окладов денежного
содержания, а не двадцать, как он рассчитывал получить.
Считая свои права нарушенными, М. обратился в гарнизонный
военный суд, который в удовлетворении его заявления отказал.
Это решение оставлено без изменения кассационной и надзорной
инстанциями.
Военная коллегия Верховного Суда РФ судебные постановления
оставила без изменения по следующим основаниям.
Из материалов дела усматривается, что М. в результате
необоснованного увольнения был восстановлен на военной службе с
выплатой положенных видов довольствия.
В соответствии с п. 2 ст. 23 Федерального закона от 27 мая
1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" в случае
необоснованного увольнения с военной службы военнослужащих,
проходящих военную службу по контракту, причиненные им в связи с
этим убытки подлежат возмещению в полном объеме. Причиненный таким
увольнением моральный вред подлежит возмещению по решению суда на
основании волеизъявления военнослужащего. Указанные военнослужащие
восстанавливаются на военной службе в прежней (а с их согласия -
равной или не ниже) должности и обеспечиваются всеми видами
довольствия, недополученного после необоснованного увольнения.
Этот период включается в общую продолжительность военной службы и
срок, определенный для присвоения очередного воинского звания.
В суде установлено, что перечисленные выше требования закона
командованием были соблюдены.
Согласно п. 3 ст. 23 Федерального закона "О статусе
военнослужащих" военнослужащим-гражданам при увольнении с военной
службы по состоянию здоровья при общей продолжительности военной
службы 20 лет и более выплачивается единовременное пособие в
размере 20 окладов денежного содержания. Именно этот размер
пособия и подлежал выплате М.
Вместе с тем он дважды увольнялся из Вооруженных Сил
Российской Федерации, при этом ему в первом случае было выплачено
единовременное пособие в размере восьми окладов денежного
содержания, а во втором - двенадцати указанных окладов.
Учитывая возможность возникновения нестандартных ситуаций,
связанных с увольнением военнослужащих, как, например, при
увольнении М., законодатель в п. 3 ст. 23 Федерального закона
"О статусе военнослужащих" возложил определение размера и порядка
выплаты единовременного пособия в таких случаях на Правительство
Российской Федерации.
Правительство Российской Федерации постановлениями от
26 февраля 2002 г. N 132 и от 8 августа 2003 г. N 475 по данному
вопросу внесло изменения в постановление Совета Министров -
Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941
"О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий и
пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров,
прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по
контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин, либо
службу в органах внутренних дел, учреждениях и органах
уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской
Федерации", предусмотрев в абз. 3 подп. "б" п. 17, что в случае
повторного определения на службу военнослужащих единовременное
пособие при последующем увольнении их со службы выплачивается
исходя из общей выслуги лет на день последнего увольнения с
зачетом пособий, выплаченных при предыдущих увольнениях со службы
(в месячных окладах денежного содержания).
Из анализа изданных во исполнение этих решений Правительства
Российской Федерации приказов Министра обороны Российской
Федерации от 27 августа 2000 г. N 450, от 28 июня 2002 г. N 245,
как и ныне действующего приказа от 30 июня 2006 г. N 200, следует,
что положения этих приказов, конкретизируя изложенный выше порядок
выплаты единовременного пособия ранее увольнявшимся
военнослужащим, не связывают его ни с основаниями прежних
увольнений, ни с основаниями последующего поступления на военную
службу.
Таким образом, суды всех инстанций обоснованно пришли к
выводу о законности изданного начальником Военно-морского
инженерного института приказа, согласно которому М., имеющему
выслугу лет 32 года, с учетом ранее выплаченного единовременного
пособия в размере восьми окладов денежного содержания предписано
выплатить двенадцать указанных окладов.
Утверждение М. о том, что он как восстановленный на военной
службе по решению военного суда не относится к категории лиц,
вновь определившихся на военной службе, ошибочно. Из материалов
дела видно, что заявитель, будучи уволенным со службы в 1995 году
в связи с незаключением контракта, в дальнейшем через длительный
промежуток времени (более шести лет) по решению гарнизонного
военного суда от 21 января 2002 г. действительно был восстановлен
на военной службе и повторно уволен с нее 10 декабря 2004 г. по
состоянию здоровья.
Что же касается положения, регулируемого п. 3 ст. 1109 ГК РФ,
в соответствии с которым заработная плата и приравненные к ней
платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда,
причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы,
предоставленные гражданину в качестве средства к существованию,
при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки
не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, то
оно к правоотношениям, возникшим между М. и командованием, не
применимо, поскольку единовременное пособие, выплачиваемое
увольняемым с военной службы военнослужащим, не относится ни к
одному из перечисленных в вышеназванной статье Гражданского
кодекса Российской Федерации видов платежей, в том числе
выплачиваемых в качестве средств к существованию, а по своей
правовой природе является формой поощрения военнослужащего за стаж
военной службы и достигнутые при этом успехи.
Определение N 6Н-203/07
______________
