3. Суд обоснованно отказал в продлении сроков содержания
      под стражей в связи с длительным невыполнением органами
     предварительного расследования необходимых процессуальных
                             действий

                   Определение Судебной коллегии
               по уголовным делам Верховного Суда РФ
                  от 10 марта 2010 г. N 66-О10-23

                           (Извлечение)


     Органами   предварительного   расследования   П.  обвинялся  в
незаконном  приобретении, хранении, ношении огнестрельного оружия и
посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительных органов.
     В связи  с  совершением  указанных  действий  он  был задержан
23 декабря 2007 г.  и заключен под стражу  27 декабря 2007 г.  Срок
содержания П.  под стражей неоднократно продлевался в установленном
законом порядке.
     В связи  с истечением установленного судом срока содержания П.
под стражей старший следователь следственного отдела по г. Иркутску
следственного  управления Следственного комитета при Прокуратуре РФ
обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания П.  под
стражей.
     Постановлением Иркутского областного суда от 14 января 2010 г.
в удовлетворении ходатайства отказано.
     В кассационном  представлении  прокурор  просил  постановление
суда  отменить,  указывая  на  то,  что  суд  не  учел  в  качестве
исключительных обстоятельств необходимость перевода  процессуальных
документов на ингушский язык и выполнения требований ст.ст. 216-217
УПК РФ, что в целях обеспечения выполнения указания суда о переводе
необходимых  документов на ингушский язык органами предварительного
следствия были направлены множественные  запросы  о  предоставлении
переводчиков.
     Судебная  коллегия  по  уголовным  делам  Верховного  Суда  РФ
10 марта  2010 г.  постановление  суда  оставила  без изменения,  а
кассационное представление - без удовлетворения, указав следующее.
     Как   видно   из   представленных  материалов,  постановлением
Иркутского  областного суда от 22 сентября 2008 г. уголовное дело в
отношении   П.  возвращено  прокурору  для  устранения  препятствий
рассмотрения  его  судом,  выразившихся  в  ненадлежащем выполнении
требований ст. 18 УПК РФ об обеспечении участия в деле переводчика.
     После этого  срок  содержания  под  стражей  П.   неоднократно
продлевался,  в  том  числе  и в связи с необходимостью перевода на
ингушский язык обязательных  для  вручения  обвиняемому  документов
уголовного дела.
     Как  установил суд, каких-либо реальных результативных мер для
обеспечения   выполнения   указаний  суда  о  переводе  необходимых
документов  на  ингушский язык до обращения в суд с рассматриваемым
ходатайством  органами предварительного следствия не принималось, и
перевод  документов  на  язык, которым владеет П., не был выполнен.
Таким  образом,  с  22 сентября 2008 г. в течение 16 месяцев органы
предварительного   следствия  ходатайствовали  о  продлении  сроков
содержания  П.  под стражей по одним и тем же основаниям, в связи с
чем П. содержался под стражей по делу более двух лет.
     С учетом  изложенного суд правильно не признал исключительными
обстоятельствами   необходимость   перевода   на   ингушский   язык
обязательных  для вручения обвиняемому документов уголовного дела и
не  нашел  законных  оснований  для  удовлетворения  ходатайства  о
продлении П. срока содержания под стражей.


                          _______________