4. Если лицо получает от кого-либо деньги
               или иные ценности якобы для передачи
              должностному лицу в качестве взятки и,
           не намереваясь этого делать, присваивает их,
                 содеянное следует квалифицировать
                         как мошенничество

                       (И з в л е ч е н и е)


     Раменским городским судом Московской области 10 апреля 2000 г.
Конопатов осужден по пп.  "в",  "г" ч. 2 ст. 159, ч. 4 ст. 33, ч. 2
ст. 291 УК РФ.
     Конопатов признан виновным в том,  что склонял Блинову к  даче
взятки   судье,   рассматривавшему   дело  ее  сына,  и  прокурору,
поддерживавшему обвинение по этому же делу,  -  каждому  по  4 млн.
неденоминированных рублей,  одновременно он требовал передать ему в
качестве оплаты за участие в процессе в качестве защитника  Блинова
А. 3 млн. неденоминированных рублей.
     Являясь адвокатом  юридической  консультации   и   осуществляя
защиту Блинова А.  по уголовному делу в суде,  он 23 апреля 1997 г.
около 10 час встретился в зале суда с матерью  своего  подзащитного
Блиновой   и,  предлагая  свои  услуги  в  качестве  посредника  за
смягчение наказания по приговору суда,  стал  склонять  ее  к  даче
взятки в размере 4 млн.  рублей  судье,  рассматривавшему  дело,  и
4 млн. рублей  прокурору,  поддерживавшему   обвинение,   а   также
потребовал передать ему в качестве оплаты за участие в рассмотрении
дела 3 млн.  неденоминированных рублей,  угрожая,  что в  противном
случае Блинов  А.  получит  по  приговору  максимальное  наказание.
Блинова согласилась с предложением Конопатова,  но заявила,  что не
располагает  требуемой  суммой.  Адвокат  с  умыслом  на завладение
денежными средствами Блиновой предложил,  что он передаст  судье  и
прокурору  из  своих  личных средств 8 млн.  рублей,  а она напишет
расписку о взятых у него взаймы 11 млн.  рублей,  при  этом  он  не
намеревался  отдавать деньги указанным лицам. В  период с 23 апреля
1997 г.  по октябрь 1998 г.  Блинова, полагавшая, что действительно
должна оплатить труд адвоката,  а также вернуть деньги, которые он,
как считала Блинова,  вместо нее отдал судье  и  прокурору,  каждый
месяц передавала Конопатову по 500 тыс.  рублей, выплатив ему всего
по расписке 6 млн. рублей.
     Заместитель Председателя   Верховного   Суда   РФ  в  протесте
поставил вопрос об изменении приговора суда,  считая, что уголовный
закон   применен   неправильно  и  размер  ущерба,  причиненного  в
результате мошенничества, меньше, чем установил суд.
     Президиум Московского   областного  суда  18  января  2001  г.
протест удовлетворил, указав следующее.
     Как видно  из  материалов дела,  защиту Блинова А.  в судебном
заседании  Конопатов  осуществлял  в  порядке  ст.  49  УПК   РСФСР
(предусматривающей обязательное обеспечение судом участие защитника
в судебном разбирательстве в случае,  когда он не  приглашен  самим
обвиняемым).  Вопрос  же  о размере оплаты его услуг как адвоката в
случае  согласия  Блиновой  оплатить  их  подлежал  разрешению   по
согласованию  с  ней.  Последняя  согласилась  оплатить юридические
услуги Конопатова,  причем в указанной им сумме -  3  млн.  руб.  В
связи  с  этим  данная  сумма  не  может  быть  признана  предметом
мошенничества,  а потому размер ущерба  от  мошеннических  действии
Конопатова подлежит уменьшению на 3 млн.  рублей,  т. е.  до 8 млн.
рублей.
     Кроме того,  Конопатов,  заставив  Блинову  написать  долговую
расписку  за  якобы  переданные деньги  (8  млн. рублей) в качестве
взятки судье и прокурору,  фактически  (как  указано  в  приговоре)
совершил подстрекательство к даче взятки,  а затем,  обманным путем
получая  по  этой  расписке  деньги,  совершил  мошенничество,   не
намереваясь отдавать кому-либо эту сумму.
     Согласно  п.  21  постановления  Пленума Верховного Суда РФ от
10 февраля 2000 г. "О судебной практике по делам о взяточничестве и
коммерческом  подкупе",  если лицо получает от кого-либо деньги или
иные ценности якобы  для  передачи  должностному  лицу  в  качестве
взятки и, не намереваясь этого делать, присваивает их, содеянное им
следует квалифицировать как мошенничество.
     Таким образом,  действия Конопатова, связанные с получением от
Блиновой  долговой расписки на 8 млн. рублей, должны быть расценены
как часть его мошеннических  действий  по  введению  потерпевшей  в
заблуждение  с целью последующего завладения ее деньгами.  Принимая
же во  внимание,  что  позднее  по  расписке  Конопатов  фактически
получил  от  Блиновой  6  млн.  рублей,  его  действия  в отношении
потерпевшей  следует   квалифицировать   как   состав   оконченного
преступления - мошенничества - по пп. "в", "г" ч. 2 ст. 159  УК РФ.
Осуждение же Конопатова по ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 291 УК РФ подлежит
исключению как излишне вмененное.
     С учетом изложенного приговор в части осуждения Конопатова  по
ч.  4  ст.  33,  ч.  2  ст.  291  УК  РФ   отменен,  размер ущерба,
причиненного   им    в    результате    совершения    преступления,
предусмотренного  пп.  "в",  "г" ч.  2 ст. 159  УК РФ,  уменьшен до
8 млн. неденоминированных рублей.


                           ____________