1. Назначение субъектом Российской
             Федерации референдума по проекту закона,
              затрагивающего вопросы судоустройства и
           прокуратуры, противоречит ст. 71 Конституции
                       Российской Федерации
                 и ч. 4 ст. 13 Федерального закона
             "Об основных гарантиях избирательных прав
             и права на участие в референдуме граждан
                       Российской Федерации"

                     (Решение Верховного Суда
                       Российской Федерации
                           в извлечении)


     Заместитель Генерального прокурора РФ  обратился  в  Верховный
Суд  РФ  с  заявлением  о  признании  противоречащим  закону  Указа
Президента Республики Ингушетия N 298 от  29  декабря  1997  г.  "О
назначении  на 1 марта 1998 г.  референдума Республики Ингушетия" с
вопросом: "Поддерживаете ли Вы принятие закона Республики Ингушетия
"О  правоохранительной  и  судебной системе Республики Ингушетия"?"
При этом он ссылался на то,  что  принятый  Президентом  Республики
Ингушетия  названный  Указ  противоречит  требованиям ч.  4 ст.  13
Федерального закона от 19 сентября 1997 г.  "Об основных  гарантиях
избирательных  прав  и  права  на  участие  в  референдуме  граждан
Российской Федерации".
     Представитель Центральной  избирательной  комиссии  Российской

Федерации  также  просил  признать   Указ   Президента   Республики
Ингушетия незаконным.
     Представители Президента Республики Ингушетия с  предъявленным
требованием   не  согласились  и  просили  оставить  заявление  без
удовлетворения,  указав на то,  что в соответствии с ч.  3  ст.  11
Конституции  Российской Федерации разграничение предметов ведения и
полномочий  между  органами   государственной   власти   Российской
Федерации  и  органами  государственной власти субъектов Российской
Федерации   осуществляется   Конституцией   Российской   Федерации,
Федеративным и иными договорами о разграничении предметов ведения и
полномочий.  В  нарушение   этой   нормы   Конституции   Российской
Федерации, по их мнению, Федеральным законом "Об основных гарантиях
избирательных  прав  и  права  на  участие  в  референдуме  граждан
Российской    Федерации"   фактически   произведено   разграничение
полномочий  между  органами   государственной   власти   Российской
Федерации  и  ее  субъектов  в  вопросах  назначения  и  проведения
референдума  в  субъекте  Российской   Федерации,   в   том   числе
установлено,  какие  вопросы  не  могут  выноситься  на  референдум
субъекта.  Однако в силу ст.  15 Конституции  Российской  Федерации
законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не
должны противоречить Конституции Российской Федерации.
     Верховный Суд   Российской   Федерации   17  февраля  1998  г.
заявление заместителя Генерального  прокурора  РФ  удовлетворил  по
следующим основаниям.
     В соответствии с ч.  4 ст. 13 Федерального закона "Об основных
гарантиях  избирательных  прав  и  права  на  участие в референдуме
граждан Российской Федерации"  на  референдум  субъекта  Российской
Федерации  не  могут  быть вынесены вопросы,  находящиеся в ведении
Российской Федерации либо в совместном ведении Российской Федерации
и субъекта Российской Федерации.
     Как установлено судом, Президент Республики Ингушетия назначил

референдум  Республики  Ингушетия  по  проекту  закона,  который  в
соответствии  с  Конституцией  Республики  Ингушетия  устанавливает
организационные      и     правовые     основы     функционирования
правоохранительной и судебной системы Республики Ингушетия с учетом
национальных,  социально-политических и иных факторов,  характерных
для Ингушетии,  а также определяет иной порядок их  формирования  и
деятельности   в   отличие   от   предусмотренного,   в  частности,
Федеральным конституционным  законом  от  31  декабря  1996  г.  "О
судебной системе Российской Федерации".
     Затрагиваемые в указанном проекте закона Республики  Ингушетия
вопросы касаются судоустройства и прокуратуры,  которые согласно п.
"о" ст.  71 Конституции Российской  Федерации  отнесены  к  ведению
Российской Федерации, а кадры судебных и правоохранительных органов
в силу п.  "л" ст.  72 Конституции отнесены к  совместному  ведению
Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.
     Эти обстоятельства подтверждены материалами дела и по существу
не оспаривались представителями Президента Республики Ингушетия.
     При таком положении принятый Президентом Республики  Ингушетия
Указ   о   назначении  референдума  по  проекту  закона  Республики
Ингушетия,  затрагивающего вопросы  судоустройства  и  прокуратуры,
противоречит ч. 4 ст. 13 Федерального закона "Об основных гарантиях
избирательных  прав  и  права  на  участие  в  референдуме  граждан
Российской Федерации".
     Утверждение представителей Президента Республики  Ингушетия  о
том,  что ч.  4 ст.  13 названного Федерального закона неправомерно
ограничивает права субъектов  Российской  Федерации  на  проведение
референдума   по   указанным   в   ней  вопросам  ввиду  отсутствия
разграничения  предметов  ведения  и  полномочий   между   органами
государственной    власти    Российской    Федерации   и   органами
государственной  власти  субъектов  Российской  Федерации  по  этим
вопросам  в  предусмотренном  ч.  3  ст.  11 Конституции Российской

Федерации порядке, не может быть признано правильным.
     Вопросы судоустройства   и   прокуратуры,  которые  фактически
вынесены на референдум Республики  Ингушетия,  отнесены  к  ведению
Российской   Федерации   в   силу  ст.  71  Конституции  Российской
Федерации, а не согласно Федеральному закону "Об основных гарантиях
избирательных  прав  и  права  на  участие  в  референдуме  граждан
Российской Федерации".
     Данным Федеральным  законом  (ст.  13)  фактически  закреплены
права Российской Федерации  и  субъектов  Российской  Федерации  на
проведение   референдумов   по  вопросам,  отнесенным  Конституцией
Российской Федерации к их ведению,  а также определены вопросы,  по
которым  не  допускается проведение референдума субъекта Российской
Федерации,  что не может быть  расценено  судом  как  разграничение
упомянутым  Законом предметов ведения между Российской Федерацией и
субъектами Российской Федерации,  поскольку этим Законом фактически
определены лишь вопросы, которые могут быть вынесены на референдумы
как Российской Федерации,  так и  субъектов  Российской  Федерации,
исходя    из    разграничения   предметов   ведения   между   ними,
установленного Конституцией Российской Федерации.
     С учетом  этого  судом  не  могут  быть  приняты во внимание и
доводы   представителей   Президента   Республики    Ингушетия    о
несоответствии   Федерального   закона   "Об   основных   гарантиях
избирательных  прав  и  права  на  участие  в  референдуме  граждан
Российской   Федерации"   требованиям   ч.  1  ст.  15  Конституции
Российской Федерации.
     Учитывая, что  Указ  Президента  Республики Ингушетия принят с
нарушением  требований  ч.  7  ст.  1  этого  Федерального  закона,
согласно  которой  федеральные законы,  законы субъектов Российской
Федерации,  нормативные правовые акты  о  выборах  и  референдумах,
принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить данному
Федеральному закону,  Верховный Суд Российской Федерации  заявление

заместителя Генерального прокурора РФ удовлетворил, Указ Президента
Республики Ингушетия N 298 от 29 декабря 1997 г. "О назначении на 1
марта   1998  г.  референдума  Республики  Ингушетия"  по  вопросу:
"Поддерживаете  ли  Вы  принятие  закона  Республики  Ингушетия  "О
правоохранительной   и  судебной  системе  Республики  Ингушетия"?"
признал недействительным.


                           _____________