3. Обвинительный приговор не может быть основан на
                          предположениях

                   Определение Судебной коллегии
               по уголовным делам Верховного Суда РФ
                  от 3 марта 2010 г. N 66-О10-13

                           (Извлечение)


     По  приговору Иркутского областного суда от 14 декабря 2009 г.
М.  осужден  по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ. Этим же приговором
М.  оправдан  по ч. 1 ст. 105 УК РФ за непричастностью к совершению
преступления.
     М.  признан  виновным  в  покушении  на  убийство  Г. в ссоре,
совершенном 12 октября 2008 г. в период с 17 до 20 час.
     Кроме  того, М. обвинялся в совершении умышленного убийства С.
из  личной неприязни 12 октября 2008 г. в период с 17 до 20 час. на
лестничной   площадке   дома   путем  нанесения  рубящим  предметом
множественных  ударов  по  голове  и пояснице потерпевшего, а также
множественных  ударов  кулаками  и ногами по различным частям тела.
Смерть потерпевшего наступила от открытой черепно-мозговой травмы.
     Принимая решение  об оправдании М. по обвинению в убийстве С.,
суд  пришел  к выводу о том, что органами следствия не представлено
достаточных  доказательств,  неопровержимо подтверждающих вину М. в
совершении   этого  преступления  при  изложенных  в  обвинительном
заключении обстоятельствах.
     В   кассационном   представлении   государственный  обвинитель
просил  об  отмене  приговора  в  связи  с неправильным применением
уголовного  закона  при юридической оценке содеянного М., а также в
связи  с  несоответствием  выводов  суда,  изложенных  в приговоре,
фактическим обстоятельствам уголовного дела.
     Оправдание   М.   по   ч. 1  ст. 105  УК  РФ   государственный
обвинитель  считал  необоснованным,  указав на то, что М. не помнит
события  12 октября  2008 г.,  суд не принял во внимание в качестве
доказательств   высказывания   М.   о  том,  что  он  не  исключает
возможность  совершения  им  инкриминированного ему преступления, а
также   показания  свидетелей,  из  которых  видно,  что  М.  искал
потерпевшего,  высказывая  в его адрес угрозы расправой. Со ссылкой
на  имеющиеся  в  деле  доказательства  государственный  обвинитель
сделал вывод о возможности совершения М. убийства С.
     Судебная  коллегия  по  уголовным  делам  Верховного  Суда  РФ
3 марта 2010 г.  приговор  оставила  без  изменения, а кассационное
представление - без удовлетворения, указав следующее.
     В  обоснование  вины   М.   в   умышленном   убийстве   органы
предварительного следствия сослались на показания самого М. о  том,
что  после   употребления   большого   количества   спиртного   его
"переклинило" и он не помнил, как оказался в  п. Бубновка.  По  его
показаниям, он проснулся  дома,  вышел  на  лестничную  площадку  и
увидел перед своей дверью лежащего на спине С. Не  обнаружив  у  С.
пульса, понял, что тот мертв,  и,  предполагая,  что  это  он  убил
потерпевшего, сбежал из дома.
     Кроме  того,  следствие  ссылалось  в  подтверждение вины М. в
совершении   этого   преступления   на   протокол  его  задержания,
показания потерпевших и свидетелей.
     Между тем названные лица очевидцами лишения жизни потерпевшего
С.  не  были,  М.  в  убийстве  С.  не  изобличали.  Они   излагали
обстоятельства распития спиртного М. и С. с разными лицами в разное
время, характеризовали взаимоотношения М. и С. и как  дружеские,  и
как конфликтные в день совершения посягательства на С., видели  М.,
возвращавшегося к дому уже после обнаружения трупа потерпевшего  С.
и пытавшегося  сделать  ему  искусственное  дыхание.  Как  показали
свидетели,  М.  входил  в  свою  квартиру  и  выходил  из  нее  без
каких-либо  предметов  в  руках,  которые   могли   быть   орудиями
преступления.
     В обоснование вины М. в части убийства потерпевшего С.  органы
следствия также ссылались на  письменные  доказательства:  протокол
задержания  М.,  протоколы  осмотра  места  происшествия,   выемки,
осмотра вещественных доказательств, заключение судебно-медицинского
эксперта   о   причине    смерти,    заключения    трасологической,
медико-криминалистической, биологической экспертиз.
     Протокол   задержания  М.  не  содержит  сведений,  касающихся
предъявленного ему обвинения.
     Согласно  протоколу осмотра жилища и места происшествия орудия
преступления обнаружены не были.
     В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы  у
С., кроме телесных повреждений, повлекших его  смерть,  на  тыльной
поверхности  правой  кисти  обнаружены   застарелые   ссадины.   По
показаниям свидетеля О.,  ей  со  слов  С.  было  известно,  что  в
сентябре  2008 г. его  кто-то  сильно  избил,  по  поводу  чего  С.
заявлял, что "они за это ответят". Согласно протоколу задержания М.
у него телесных повреждений не имелось. Обстоятельства получения С.
телесных повреждений на кисти не установлены.
     При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел  к  выводу  о
том, что сам по себе факт наличия конфликтных отношений между М.  и
С., обнаружение крови на тапочках М.,  нахождение  М.  около  трупа
потерпевшего и его последующее бегство в совокупности  с  тем,  что
следствием  не  установлено  время  и  место  нахождения  М.  перед
убийством потерпевшего, с  попыткой  М.  сделать  С.  искусственное
дыхание,   наличия   у   потерпевшего   конфликтных   отношений   с
неустановленными  лицами,  не   свидетельствуют   неопровержимо   о
совершении   М.   убийства   С.   Показания   самого    М.    носят
предположительный характер.
     В  кассационном представлении государственный обвинитель также
ссылался  не  на  неоспоримые  доказательства  вины  М.,  а  на его
показания   о   том,   что   он   "не  исключает  возможность  того
обстоятельства, что мог совершить убийство С.".
     В  соответствии  с   п. 2   ч. 2   ст. 75  УПК  РФ  показания,
основанные    на   догадках,   предположениях,   слухах,   являются
недопустимыми  доказательствами,  которые в силу ч. 1 ст. 75 УПК РФ
не  имеют  юридической  силы  и  не  могут  быть  положены в основу
обвинения,  использоваться  для  доказывания любого обстоятельства,
предусмотренного ст. 73 УПК РФ.
     Таким образом, доводы, изложенные в кассационном представлении
относительно необоснованности вынесения оправдательного приговора в
отношении М., не соответствуют материалам дела.


                          ______________